Книга Последний шанс, страница 61 – Ника Давыдова

Они вновь поменялись местами. Только на этот раз спина Алайны встретилась не с примятой к влажной земле травой, а мягким пледом, появившимся из ниоткуда. Она удивленно распахнула глаза.

— Что мне еще добавить? — поинтересовался Нерргар, вытаскивая полы ее легкой кофты из брюк, — лепестки цветов в воздухе, музыку?

— П-пожалуй, можно обойтись без этого.

— Хорошо.

Он склонился и поцеловал её в живот. Мягко и осторожно. Нежная кожа тут же покрылась мелкими мурашками.

— Постой, что ты?..

— Просто пробую быть вежливым, — усмехнулся Нерргар, съезжая чуть ниже и прижимаясь щекой к её бедру. — Ты же об этом просила.

Алайна чуть приподнялась на локтях, как будто пыталась как-то проконтролировать происходящее. Но не протестовала.

Нерргар не торопился. Он будто и не собирался никуда двигаться дальше, лишь скользнул пальцами по животу, лениво рисуя пальцами узор на коже. Ждал.

— Ты нервничаешь. Не доверяешь мне?

— Тебе?.. — Алайна фыркнула, стараясь удержать голос ровным. — Как можно не доверять существу, которое считает "вежливость" поводом заполучить доступ к штанам?

Он усмехнулся, не поднимая головы.

— Всё зависит от того, с какой целью ты носишь штаны. Может, именно ради того, чтобы кто-то вежливо их снял?

И он этим и занялся.

Нерргару нравились ее ноги. Длинные, стройные, идеальные. Прекрасно бы смотрелись у него на плечах, но у них сейчас немного другой сценарий.

— Ты же хотела нежности, — напомнил он, словно оправдываясь. — Я вот... учусь.

— Ну уж слишком старательно, — выдохнула она, когда его губы коснулись внутренней стороны бедра — едва-едва, словно поцелуй мог сжечь.

Нерргар чувствовал, как её кожа становилась всё горячее. Как дыхание Алайны сбивалось. И как в ней — при всей её колючести, отчаянной попытке держать дистанцию — всё же не осталось ни капли желания его оттолкнуть.

Мягкая кожа под его губами казалась тоньше, чем шёлк. Он знал, где именно провести языком, чтобы Алайна всхлипнула — глухо, сквозь зубы, будто стыдилась собственной слабости. Он чувствовал, как её бедра дёрнулись в ответ, но она не оттолкнула его. Наоборот, потянулась вперед, чтобы вцепиться пальцами в его волосы, словно в попытке хоть как-то контролировать.

Нерргар остановился на миг, усмехнулся. Пальцы сомкнулись на её бёдрах, крепко, уверенно, не давая сдвинуться с места. Он будто читал её, угадывал малейшие реакции: вот тут ускориться, а здесь — замедлиться до безумия. Чувствовал, как она тает, как дрожь прокатывается волной от его каждого движения. И всё же Нерргар не позволил себе сорваться, хотя желание впиться в неё, утопить себя в этом жаре, росло с каждым её вздохом.

Алайна изогнулась, не зная, куда себя деть. Бёдра сводило от напряжения, голос больше не поддавался контролю — тихие, срывающиеся стоны вырвались, и он пил их жадно.

Нерргар задержал дыхание, поднял взгляд наверх. Прикрывшиеся ресницами глаза, приоткрытые губы, розовый румянец, медленно расползающийся по шее. Красиво. Он мог бы смотреть на неё часами, а мог бы разорвать за секунду, если бы захотел.

Но он не собирался ничего уничтожать. Он собирался расплавить.

Медленно, методично и мучительно сладко.

И в конце концов, Алайна не выдержала:

— Можешь… м-м-м… можешь?..

Она не смогла закончить фразу, вцепилась почти до боли ноготками в кожу голову Нерргара, будто бы приказывая не дразнить.