Книга Экономка в дар дракону, страница 23 – Екатерина Стрелецкая

Неожиданно Тагард нахмурился и, преодолев в два шага расстояние между окном и кроватью, склонился надо мной. И что со мной снова не так? Сосредоточенно оттянув край ошейника, мужчина помрачнел ещё сильнее:

— А вот это совершенно никуда не годится.

— Всё? Смерть моя пришла? — нервно сглотнув, я попыталась пошутить. — Ну, хоть помру сытой. Ещё бы водички попить, и можно саваном со спокойной душой укутываться.

— Пока не настолько всё критично, но вот ошейник придётся снять сейчас, пока не стало поздно, — Тагард отвёл за спину рассыпанные по плечам волосы, приглядываясь к шее. — Надо их как-то убрать…

— Обрезать?

— Зачем же так радикально? Сможете их как-нибудь подвязать, чтобы они не касались линии ошейника?

— Если будет чем, то да. Нужно пару кусков ткани или какой-нибудь длинный шнурок.

Немного покопавшись в одной из сумок, Тагард принёс два кожаных плетёных шнурка и отдал мне, а сам тем временем начал копаться в лекарствах, составленных на краю столика.

То ли ещё не закончилось действие обезболивающей мази, то ли действительно спина почти зажила, но руки я смогла поднять, не испытывая каких-либо неприятных ощущений, если не считать саднящей шеи. Стянув половину волос на затылке, перехватила их первым шнурком в узкий хвост, используя потом в качестве одной из прядей для косы. В получившуюся петлю несколько раз продела заплетённые до конца локоны и крепко зафиксировала с помощью второго. Немного помотав головой, я убедилась, что причёска не растреплется при движении, и сообщила Тагарду, что всё готово.

— Лучше вам закрыть глаза, Цефея, — предупредил он, доставая из кармана длинную цепочку.

— Настолько всё ужасно?

— Я бы сказал, что крайне неприятно. Ошейник всегда меняется гораздо тяжелее, чем оковы. К тому же на нём могут остаться частицы…

Не дожидаясь окончания пояснений, я крепко зажмурилась и на всякий случай зажала в руках одеяло, чтобы случайно не вцепиться ими в своего вынужденного лекаря, если станет больно.

— Вот всегда бы так… С полуслова… — пробормотал Тагард, защёлкивая замок цепочки на моей шее и оттягивая её часть мне на спину.

А вот с настоящим ошейником пришлось повозиться, так как одной стороной он почти прикипел к коже. Наконец, после бесконечных размачиваний и закладываний за края мазей, его удалось снять. Зато теперь бинты красовались не только на моём туловище, но ещё и опутывали шею. Осталось только ноги и голову повредить — в таком случае точно стану похожей на мумию. Но, несмотря на разногласия с Тагардом во взглядах на некоторые вопросы, я не могла не испытывать к нему благодарности. Если бы не его забота, давно бы уже от сепсиса скончалась, а то ещё от какой-нибудь местной заразы.

— Вроде бы ничего критичного, но на всякий случай выпейте это, чтобы избежать лихорадки, — Тагард налил в кружку какой-то жидкости и протянул мне.

— Спасибо вам.

— Всё, что в моих силах… Проще помочь сейчас, чем потом опять возиться с полутрупом…

О да, Тагард в своём репертуаре. Никак опять где-то гордость прищемилась, не позволяя нормально отреагировать на благодарность той, что стоит гораздо ниже по социальному статусу его самого.

— Если справитесь сами, скажу служанке зайти чуть позже, чтобы прибраться и унести посуду.

Я вначале даже не поняла, что конкретно он имеет ввиду, а потом почувствовала, как к лицу внезапно прилила краска, хотя до этого таких реакций за собой не замечала. Тем более что буквально только что спорили насчёт приглашения служанки мне в помощь. Интересно, это я сама так отреагировала, или остаточные рефлексы Цефеи сработали? В итоге, пискнув, что сама всё смогу, дождалась, когда мужчина выйдет, и вспомнила «счастливые» детсадовские времена перед «тихим часом». К приходу служанки я уже лежала в кровати, натянув одеяло практически до ушей, чтобы поддержать легенду о захворавшей в дороге спутнице генерала. Девушка было протянула свои загребущие ручки к седельным сумкам, но, услышав моё ворочание, не решилась на риск и быстро унесла местный аналог «ночной вазы», а затем и поднос с тарелками.