Книга Экономка в дар дракону, страница 20 – Екатерина Стрелецкая

— Вы сказали, что я мало старалась для того, чтобы избежать притязаний короля, но могу сказать, что слабы оказались те, кто сдались и умны те, кто сумели сохранить себе жизнь, не запятнав свою совесть иными проступками. Пусть девушками и попользовались, но вина их гораздо меньше того, кто ради удовлетворения собственной похоти меняет девушек чаще, чем дышит. Не спорю, есть и те рабыни, которые довольны своим положением, но не все такие. Не стоит грести всех подряд под одну гребёнку, очень легко ошибиться и унизить человека, который и так пострадал не по своей воле.

— Всё высказали?

— Да! Потому что продолжать дальше бессмысленно, всё равно не поймёте, так как уютно расположились, утопая в собственных заблуждениях и поглядывая на остальных свысока. Это легко, удобно и привычно. Зачем что-то менять? Одно сплошное неудобство. Так чем вы лучше короля Габриэля? Для вас такие, как я — навсегда люди второго сорта, если не вообще грязь под ногами, которая пачкает дорогие сапоги. Хочу лишь пожелать, чтобы никто из ваших близких никогда не оказался в том же положении, что я и ещё сотни тысяч девушек, которым просто не повезло.

— Не смейте трогать мою семью!

— А то что? Вспомните, как пользоваться приказами через ошейник, чтобы замолчала? Я видела, как на рынке одну из девушек так чуть не задушили, чтобы напомнить о покорности другим. Мою семью вы уже помоями облили, чем ваша лучше. Лишь тем, что ваша?

— Вы ничего не знаете о ней.

— Как и вы о моей, зато позволили себе обвинить её во многих грехах. Что совершенно не красит вас ни как человека, ни как генерала, которого превозносили и в котором многие видели защитника. Грош цена таким восторгам. Наверное, правы были те люди в замке короля, которые выплёвывали с презрением слова о том, что простые люди вам благоволят, хотя вы этого недостойны — знали, что вы с двойным дном.

Я замолчала, так как и так наговорила на виселицу. Жаль, что придётся иметь дело с этим человеком долгие годы. Зато точно в кровать не потащит, как тот же король Габриэль. Побрезгует.

— Цефея…

Ушам своим не верю: неужели он сумел узнать и запомнить моё имя… В дарственной, наверное, прочёл. Не дождавшись от меня ответа, Тагард не стал продолжать, а молча закончил обработку моей спины, а затем заново забинтовал, легко вращая при этом меня, словно игрушку. Это же какая силища в нём таится? Когда он бежал со мной на плече до портала, я решила, что всё дело в адреналине, так как иначе было не выбраться с того места, где рухнул конь. Закончив со мной возиться, Тагард ушёл, оставив меня наедине с собственными мыслями и воспоминаниями Цефеи.

В реалиях этого мира проколоться, что я не та, чьё тело занимаю, элементарно. Один плюс: все, кто знал Цефею близко — мертвы. Так что можно не опасаться разоблачения с этой стороны. Из увиденного мной о её прошлом сложилось впечатление, что у нас с ней было много общего за исключением одного: аира Лоредан всегда отличалась спокойствием и хладнокровием. Ей что отдать приказ принести воды из колодца, что расставить по стенам оставшихся защитников, что вонзить кинжал в грудь предателя — всё едино. Ни один мускул на лице не шевельнётся, а рука не дрогнет. Цефее приходилось быть жёсткой, но она не была жестокой. У меня же характер был более взрывным. «Не буди лихо, пока оно тихо» — как раз про меня, и словесная перепалка с Тагардом как раз прекрасный тому пример. Просто не могу молчать, когда говорят несправедливые вещи. В принципе, сказанное мной в запале, мало чем отличалось от позиции Цефеи. Вот только она предпочла пойти по пути чести Тагарда, как только представилась малейшая возможность, пусть и не ею же самой инициированной. Кто и зачем отравил девушку, ни знала ни она, ни я. Просто Цефея не захотела возвращаться обратно, а мне хотелось жить. И я приложу все усилия, чтобы сохранить это стремление, ведь кто знает, как всё повернётся в дальнейшем?