Книга Звездная пыльца, страница 12 – Надежда Паршуткина

Поздним вечером, вымотанные до предела, мы сидели на холодном полу у единственного работающего обогревателя, который трещал и потрескивал, пытаясь согреть ледяной воздух. Мы ели безвкусный, как картон, концентрат из наших аварийных запасов, и тишина между нами была почти осязаемой.

— Слушай, — неожиданно нарушил молчание Мэт, разминая затекшую шею. — Тебе какая из тех двух больше понравилась? Из больницы, что с нами возились?

— А тебе? — уклончиво переспросил я, отламывая кусок сухого, рассыпающегося пайка.

— Хлоя, — выдохнул он почти с придыханием, уставившись в закопченный потолок. А потом медленно, очень медленно развернулся и посмотрел на меня. Его взгляд, обычно такой насмешливый, стал твёрдым и серьёзным. — Алик… нет.

Я отставил жестяную тарелку, и её лязг о палубу прозвучал невероятно громко.

— Черт, — пробормотал я, глядя в пол.

Мы замолчали. Глубокое, до боли знакомое напряжение повисло в воздухе, густое, как смог. Даже здесь, на краю известной галактики, среди обломков нашего собственного высокомерия, нас, как двух дураков, потянуло к одной и той же девушке. Вот чёрт. Чёрт возьми!

Чтобы разрядить невыносимую атмосферу, Мэт полез в только что починенный бортовой компьютер, его пальцы застучали по клавиатуре.

— Мне всё-таки до жути интересно, кто или что смогло так разбить наш «Шмель», — бормотал он, пролистывая файлы с логами. — Никаких следов внешнего воздействия, никаких сигнатур чужого оружия… Стоп, а это что?

Экран завис, заморгал, испещрился помехами, а потом выдал искажённое, засвеченное видео. Это была запись с внутренних камер наблюдения. На кадрах мы с Мэтом, пьяные в стельку, едва держась на ногах, шатаясь, заходим на мостик.

— Нет, я говорю, надо лететь! — бубнил я на записи, тыча расплывшимся пальцем в навигационную карту. — Сидеть тут — себя не уважать!

— А куда, скажи на милость, лететь? — спорил записанный Мэт, с трудом попадая в кресло пилота и чуть не падая с него. — Координаты давай, капитан!

— Туда! — я махнул рукой в сторону затемнённого иллюминатора, где виднелись звёзды. — Просто… туда! В светлое будущее!

Мы зачем-то, с третьей попытки, завели корабль. И мы даже куда-то летели. Я, как капитан, невнятно командовал курсом, а Мэт, стиснув зубы и ругаясь сквозь них, пытался рулить. Пока мы не начали яростно ругаться из-за какого-то абсолютного пустяка — кажется, из-за громкости музыки. А потом… потом…

Мы перематывали этот отрезок записи несколько раз подряд, не в силах поверить в то, что произошло дальше.

Мы сидели в гробовой, давящей тишине, уставившись на потухший монитор. Весь наш корабль, все эти ужасающие повреждения, наше падение на эту чужую планету… Это были не последствия атаки, не столкновение с астероидом и не козни врагов. Это были мы…

Мэтт

Смотреть на Алика после того, что мы увидели на видео, было невыносимо. Он молча развернулся и ушёл. Я слышал, как аварийный шлюз «Шмеля» с шипением открылся и захлопнулся за его спиной. Я остался один в полумраке мостика, и меня разрывало на части. Горячий стыд заливал меня с головой, смешиваясь с отказом верить в происходящее. Это были МЫ? Два идиота, которые в пьяном угаре угробили собственный корабль?

Я не заметил, как ноги сами понесли меня прочь. Сначала я просто шёл, не разбирая дороги, потом побежал, словно пытаясь убежать от самого себя, от этого давящего чувства вины. Очнулся я уже на окраине города. В воздухе витал сладкий, цветочный аромат, который здесь, кажется, никогда не выветривался.