Книга Звездная пыльца, страница 19 – Надежда Паршуткина

— Ну что, идёт? — спросила она, поднимая на него свои сияющие глаза.

Алик лишь молча кивнул, не в силах, похоже, вымолвить ни слова. Но по тому, как он выпрямил плечи, как глубже обычного вздохнул, как в его глазах вспыхнул тот самый, знакомый мне до боли огонёк, я всё понял. Он кайфует от её близости ничуть не меньше моего.

Мы оба, как заворожённые, ловили каждый её взгляд, каждое движение, каждую улыбку. И этот тихий, никому не объявленный, но оттого не менее яростный поединок за её внимание продолжался, пока мы, наконец, переодетые в местную одежду, не вышли на залитую солнцем улицу. Мы были готовы исследовать город, но где-то в глубине души оба понимали: самое главное и опасное приключение уже началось здесь, в пространстве между нами троими, в этом треугольнике из взглядов, прикосновений и невысказанных слов.

Мэтт

Мы вышли на улицу, и мир перевернулся. Если из окна Хлои он казался идиллической картинкой, то вблизи город обрушился на нас настоящим калейдоскопом, где каждый фрагмент был наполнен жизнью. Воздух вибрировал от гула — не городского шума, а живого, пульсирующего гудения тысяч крыльев, смешанного с мелодичным перезвоном колокольчиков, висящих на ветвях. Узкие улочки, вымощенные отполированным до зеркального блеска речным камнем, петляли между домами, которые не строили, а выращивали. Стены были сплетены из живых стволов, а балконы и арки образовывали причудливо изогнутые ветви, усыпанные цветами, которые меняли цвет в зависимости от времени суток.

— Смотрите, — Хлоя указала на переливающийся фасад одного из зданий. — Это солнечные лианы. Днём они накапливают свет, а ночью освещают улицы.

Повсюду порхали феи. Десятки, сотни созданий всех размеров и расцветок — от крошечных, с прозрачными, как стеклышко, крыльями, до статных, с мощными крыльями, напоминавшими лепестки экзотических орхидей. Они перелетали с карниза на карниз, и за ними тянулись серебристые шлейфы пыльцы, оседавшие на камнях мерцающим налётом.

— А это Квартал Ткачей, — пояснила Хлоя, когда мы приблизились к зданию, откуда доносился мелодичный, почти музыкальный стук. — Здесь ткут одежду из лубяных волокон и облачного шёлка.

— Облачного? — Алик, шедший с другой стороны от Хлои, нахмурил брови, инстинктивно пытаясь заслонить её от случайного толчка.

— Да, — она улыбнулась, явно наслаждаясь нашим изумлением. — Его собирают на рассвете с самых высоких облаков, с помощью особого заклинания. Он невесомый и прочнее стали. Одна мастерица за год может соткать не больше метра.

Мы двинулись дальше, и я, как настоящий охотник, высматривал любую возможность блеснуть. У лотка, сложенного из светящихся грибов, продавались странные, мерцающие перламутром фрукты. Я тут же приобрёл три, выбрав самый крупный и яркий.

— Попробуй, — протянул я Хлое, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо. — Продавщица-гномиха сказала, что на вкус как… э-э-э… как чистое счастье?

Она рассмеялась, и звук этот был похож на перезвон хрустальных колокольчиков.

— Это лунная ягода, — объяснила она, принимая дар. Её пальцы слегка коснулись моей ладони, и по спине пробежали мурашки. — На вкус она как самый прохладный и тихий летний вечер. Спасибо, Мэтт.

Не успел я насладиться маленькой победой, как Алик, с орлиной зоркостью подметив, как Хлоя поправляет выбившуюся из причёски прядь волос, с лёгкостью сорвал с ближайшего цветущего куста бутон невероятного сапфирового оттенка.