Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 90 – Лера Виннер

Что только так должно быть, а все прочее — извращенно, неправильно.

Открыв глаза не потому, что немногим раньше он приказал, чтобы я на него смотрела, а потому что хотелось, я снова потянулась за поцелуем первой.

Медленно выдохнула и, убедившись, что последние отголоски боли в теле погасли, кивнула ему, прося продолжать.

Провести меня по этой дороге до конца, но снова не потому, что мы оба что-то обещали.

Потому что хотелось.

Потому что первое же его настоящее движение внутри отдалось таким сладким спазмом, восхитительным ощущением принадлежности и гораздо более важным авансом — предтечей не похожего ни на что иное удовольствия.

Рейвен, — Вернон, — оказался восхитительно нежен. Словно в противовес и на зло той бушующей страсти, что я чувствовала в нем так явно, как если бы сама была драконом, он никуда не торопился. Давал мне привыкнуть, заботился о том, чтобы не было ни страшно, ни больно.

Я пропустила момент, в который сжала его коленями сильнее.

Момент, в который мне захотелось большего, — ощутить его полнее, принадлежать ему до конца.

— Ния.

Он окликнул чуть слышно.

Так, как никто до него не называл, — люди почему-то полагали эту форму моего имени слишком нежной для меня.

Я ответила коротким поцелуем в уголок губ.

Почувствовала, как он напрягся под моими ладонями, как сбился с ритма, давясь глухим коротким стоном.

А потом поддалась внезапно захлестнувшему порыву, вцепилась в его плечи, увлекая на себя, заставляя пойти глубже.

И еще несколько бесконечных секунд, — или часов? — спустя мир вспыхнул для меня необычайно яркими красками.

— И все-таки признайся. Ты рассчитывал, что я сразу же упаду в твои объятия.

— Разумеется. Я все же здоровый молодой дракон. К тому же, у меня были все поводы так думать.

— Как интересно. В какой момент я успела дать тебе хоть один аванс?

Вернон хмыкнул и развернулся на бок, чтобы лучше видеть мое лицо.

— Ты знаешь, как в большинстве своем поступают красивые молодые актрисы, встретив того, кто мог бы стать для них влиятельным покровителем?

На его губах блуждала довольная, чуть рассеянная улыбка. Не строго контролируемая усмешка, как обычно, не ядовитая ухмылка, а отголосок той внутренней легкой радости, что испытывала теперь я сама.

Скопировав его позу, я подперла голову рукой, давая понять, что настроена слушать внимательно:

— Репертуар занимал меня больше, чем общение с молодыми актрисами. Для каждой из них я все же конкурентка.

Рейвен хмыкнул еще раз, теперь уже признавая мою правоту.

— Десять из десяти девиц, оказавшись в твоей ситуации постарались бы извлечь из нее выгоду. Подумай сама: отдаться мне вынуждено, после изобразить вспыхнувшую страсть и трепет первого чувства…

— Почему ты уверен, что я не играю сейчас?

— Потому что ты не умеешь играть подобное.

Он внезапно сделался серьёзен, а я, напротив, улыбнулась шире.

Мы оба устали, но, вопреки всем моим опасениям, не было ни сожаления, ни стыда, ни желания поскорее остаться в одиночестве.

Одеяло, которым Вернон укрыл меня сразу после, сползло, обнажая грудь, и меня ненадолго полностью захватило это чувство — мне не было неловко. Его взгляд, — горячий, откровенный, довольный, — ласкал не меньше поцелуев, заставлял ощущать себя как-то по-новому. Прекрасной. Желанной. Обновившейся.