Книга Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается, страница 113 – Аллу Сант

Конечно, это был не кошмар. Кошмары обычно заканчиваются пробуждением, от них можно проораться умыться и очнуться, а тут всё только начиналось. Я собрала остатки воли в кулак и, стараясь не смотреть слишком пристально на её голову, предложила хотя бы пригладить то, что осталось. Но чёлка жила своей отдельной жизнью: сколько я ни мочила, ни приглаживала ладонью, ни пыталась заколоть заколками, она упруго торчала в разные стороны, словно объявив войну любым попыткам упорядочивания.

— Ничего, — прошептала я, хотя самой хотелось завыть, — сейчас приедет парикмахер, он всё исправит. Они же для этого и нужны, чтобы спасать мам на свадьбах.

Через полчаса в дом влетела целая бригада — парикмахер, визажист и даже их ассистентка с ящиком, напоминающим оружейный арсенал. На моё отчаянное «срочно спасайте» они только кивнули, а потом увидели Аурелию.

Я никогда раньше не видела, чтобы у профессионала от шока одновременно дрожали руки и расширялись глаза, но в этот раз довелось.

— Это… — начал парикмахер, с трудом подбирая слова, — весьма… смелое решение.

— Я сама, — гордо уточнила дочь. — Никто не помогал!

Визажистка зачем-то осенила себя защитным кругом местного Всеединого, хотя до этого уверяла, что вообще-то исповедует культ богини красоты и уж точно не пугается мелочей. Но видимо, этот случай официально выходил за рамки понятия «мелочи».

Они обложили ребёнка полотенцами, расчёсками, флаконами с какими-то средствами и начали действовать. Я стояла рядом, сцепив руки, и мысленно умоляла магию помочь, но, похоже, именно магия и была главной проблемой. Каждая попытка подровнять пряди, уложить их гелем или зачаровать на гладкость заканчивалась одинаково: волосы, словно посмеиваясь, снова подскакивали дыбом, а на месте короткой стороны появлялось странное мерцание, будто прическа обзавелась собственным характером и решила отстаивать независимость.

— Такого я ещё не встречал, — простонал парикмахер, втыкая расческу в пучок волос, который тут же её выплюнул. — Уверяю вас, это не поддаётся никаким средствам.

— Может, сменим акцент на собаку? — робко предложила ассистентка.

Я оглянулась на Лакомку — и пожалела, что посмотрела. Бедное животное выглядело так, словно его одновременно стригли ножницами, плели косички и пытались вычесать в обратную сторону. Хвост топорщился, уши казались кривыми, а морда выражала такое смирение, что оставалось только подарить ей медаль «за стойкость».

— Ну, собаку, пожалуй, можно ещё… — начала визажистка и попыталась наколдовать ровный контур шерсти, но в этот момент Лакомка вздрогнула, зарычала и метнула в воздух искру, от которой загорелась кисточка для румян.

Я с трудом потушила пламя подручным полотенцем.

— Это что было? — взвизгнула визажистка, пятясь к двери.

— Драконья магия, — обречённо прошептала я. — Кажется собака ее впитала.

— Тут нужен сам дракон, — подтвердил парикмахер. — Без вмешательства сильного источника эта магия не даст сделать ни шагу.

Я замерла. Сам дракон. Конечно. Ирония судьбы была настолько жестокой, что хотелось смеяться и плакать одновременно. Чтобы спасти мою дочь и собаку перед свадьбой, нужен Дарен, но именно он-то и не мог пересечь этот порог. Традиции, суеверия, древние обычаи — как угодно их назови, но они категорически запрещали жениху видеть невесту до самого алтаря.