Книга Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается, страница 49 – Аллу Сант

Я оперлась локтями на гладильную доску и уронила лоб в ладони.

— Нет, ну ты понимаешь, — сказала я в пространство, — он ведь, выходит, доверился. Реально заплатил. А его использовали как рекламный щит и наживку.

— Так и есть, — мягко подтвердил утюг. — И, между прочим, именно поэтому этот скандал теперь обсуждают не только дамы в очередях, но и серьёзные маги. Все ждут, когда он сделает следующий шаг.

— Например?

— Найдёт нового портного. Или… — утюг выдержал драматическую паузу, — согласится на альтернативное решение.

Я подняла голову.

— Не хочешь сказать, что он будет заказывать одежду у… портних?

— Ну, если ты вдруг об этом подумываешь, — голос утюга сделался особенно невинным, — я бы рекомендовал сделать это очень аккуратно. Потому что после такого скандала любое взаимодействие с ним — это почти публичное заявление. А с твоей репутацией и дочкой на руках… тебе это надо?

Я молча разглядывала ткань, чувствуя, как где-то в глубине души поднимается желание послать к лешему все списки, портных, проклятые рейтузы и даже правила приличия. Потому что если уж никто не хочет обучать мою дочь — может, стоит по-настоящему рискнуть? Что я теряю?

Я ещё раз провела рукой по ровной глади ткани, но мысли упорно скатывались к одному: Аурелии нужен учитель, более того, если думать в долгую ей надо место в академии. Не сейчас, не завтра, но скоро — обязательно. Магия у неё сильная, дикая, упрямая. Такая, что даже я, ничего в этом не понимающая, ощущала её как жар под кожей, как дрожание воздуха вокруг дочкиных пальцев. И если уж артефактор сказал, что её магия похожа на драконью — возможно, помощь стоит искать у тех, кто с этим знаком. У кого это в крови. В пламени. В крыльях. В чешуе. Ну или где там у них магия, на самом деле я не сильна в драконьей анатомии и разбираться как-то особо не хотелось, У меня пока были другие приоритеты.

Я осторожно спросила утюг, хотя он определенно был не лучшим советчиком:

— А как думаешь, он бы… согласился? Помочь?

— Герцог? — уточнил утюг, и я кивнула, пусть даже вопрос был больше в воздух. — Мог бы. В теории. Но ты же понимаешь, это будет выглядеть… странно. Тем более, что ты шьешь в основном для дам и обладаешь весьма скандальной репутацией. Особенно если ты первая к нему обратишься. Ты совершенно точно настроишь против себя всех портных, но как они могут тебе навредить? Ну, только через слухи и коллегию. Тут вопрос в том насколько у них хватит злости и воображения, а если ты успела заметить ни первым, ни вторым они не обделены.

Я стиснула зубы. Всё верно. Каждое моё действие под прицелом. Я не отсюда, пусть даже никто не знает. Женщина. Мать одиночка и не вдова. Как я уже успела понять по меркам местных ну просто верх скандальности и неприличия. Если бы я была одна, то даже бы не подумала и просто делала то, что упорно нашептывают совесть и интуиция, но у меня на руках ребенок, а значит надо быть умнее.

— А если он первый? — спросила я после паузы. — Если он обратится сам?

— Тогда это будет совсем другой разговор, — утюг издал лёгкий щелчок, будто это был звук удовлетворения. — Тогда ты просто проявила милость души и откликнулась на умоляющий зов страждущего, это хоть и опасно, но можно вывернуть в твою пользу.

Я поднялась, взяла в руки платье, повесила его на вешалку. В голове уже складывалась схема — осторожная, витиеватая, как тонкая вышивка. Нужно было всего лишь дождаться. Или… нет. Лучше дать ему повод. Какой-нибудь. Осторожный. Бесспорно профессиональный.