Книга Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается, страница 70 – Аллу Сант

Конечно, можно было бы отправить слугу. Или написать вежливую записку. Или хотя бы постучаться. Но зачем такие сложности, когда ты можешь просто появиться на пороге с видом, будто именно здесь тебе полагается завтрак, обед и ключи от погреба?

Я именно так и поступил.

Дверь мне открыла сама Анна. Без фартука, но с швейной иглой, торчащей из лифа ее платья, как элегантный аксессуар. Увидев меня, она замерла на полудыхании. Я заметил, как её бровь дернулась, потом она всё же выдохнула и издала нечто среднее между: «Здравствуйте» и «Ну что ещё».

— Герцог, — сказала она, слегка склонив голову, приходя в себя и вымучив улыбку. — Мы… не ждали вас.

— Именно поэтому я и пришёл, — любезно отозвался я, входя. — Люблю удивлять, ну и хотел убедиться, что вы не перетрудились с последним заказом. А заодно — уточнить мерки. Сами понимаете, дракон со стабильной фигурой — это редкость. Сегодня у нас торс, завтра крылья.

Она что-то пробормотала, приглашая пройти, и я оказался в её мастерской. Просторной, теплой, наполненной тем особым запахом, который бывает только у людей, по-настоящему погружённых в своё дело: немного цветов, немного корицы и много… уюта.

Я хотел бы сказать, что сразу заметил грязную посуду, небезопасные предметы или признаки запущенности — но, к сожалению, всё было идеально. Ткань сложена. Нитки — рассортированы. В углу — корзинка с выстиранным бельём, рядом аккуратно поставленные детские ботинки, рядом — пара игрушек. Не разбросанных, нет. Просто… живущих своей жизнью.

Неужели она реально следит за порядком?

— Чаю? — предложила она, и в голосе её не было ни страха, ни лести. Просто вежливость. Та, которая бывает у людей, привыкших справляться со всем самостоятельно.

— Только если с мёдом, — ответил я, как будто это было важно, и сел в кресло, которое, как я вспомнил, когда-то предназначалось для собаки. Та, к слову, выглянула из-за шторы, возмущенно фыркнула и ушла обратно. Я не обиделся.

Минут через пять появилась Аурелия. В платье с бантами. Лицо — сияющее, нос в сахаре, а глаза светятся как у ребёнка, которому не просто дали конфету, а разрешили её съесть на завтрак, обед и ужин.

— Дядя Дракон! — воскликнула она. — А мы вас не ждали!

— Прекрасно, — отозвался я. — Никто не ждал, но все рады. Почти как налоги.

Она рассмеялась и повисла на шее у матери с видом «давай покажем ему, что мы нормальная, счастливая семья». Я прищурился. Не то чтобы я был впечатлён — просто… задумался. Так не играют. Такое не изображают. Это не «показательная сцена», это — жизнь. Теплая, упрямая, местами расхлябанная, но своя.

— Мы сегодня рисовали! — гордо заявила девочка. — Учитель сказал, что я могу визуализировать! И это настоящая магия!

Анна кашлянула.

— Это не совсем так… — попыталась она, но ребёнок уже помчалась в комнату за рисунками.

Я остался с ней наедине. И тут-то, как по заказу, у меня был шанс. Вопрос, просьба, провокация — всё, что угодно. Но я смотрел, как она машинально поправляет её подушку, как ставит чашку так, чтобы та не перевернулась, как касается щёки дочери в момент, когда та пробегает мимо. И это было... да, чёрт побери, это было слишком убедительно.

Так не ведут себя плохие матери. Так ведут себя женщины, которые хотят, чтобы ребёнок вырос в нормальном мире. Даже если этот мир состоит из заношенных халатов и сладостей по праздникам.