Книга Эмпаты, страница 167 – Мэтт Каулиц

«Мы» – в последний момент поддакнуло подсознание.

От силы удара эмпат пошатнулся: Ханна даже не стала использовать воздействие, отвесив ему пощечину. Стелющимся шагом она подошла к нему вплотную, вынуждая Кая отступать назад. Чтоб не вписаться в кусты, из которых он вылетел, ему пришлось забирать чуть в сторону, описывая круг. Щека ныла, возвращая телу ощущение реальности.

— Знаешь, у меня было множество теорий, – доверительно сообщила она, на ее лице все так же светилась легкая полуулыбка. – Я даже влезла в антиинсайдерскую группировку, чтоб это выяснить.

Эмпат продолжал пятиться, удерживая зрительный контакт. Активистка была выше его на пол головы, а сапоги на толстой платформе добавляли разницы, так что шея начинала ощутимо ныть.

— Оса оказалась глупой бабочкой, залетевшей ко мне на огонек. Впрочем, мой предыдущий опыт нам с тобой пригодится, Кай Мёрфи. Сын убийцы и, занимательно, убийца.

На этой драматичной ноте Кай грохнулся на асфальт, споткнувшись о ноги позабытого инсайдера. Тот не шевельнулся, слепо глядя в хмурое небо. Из его носа вытекала струйка крови, огибая многочисленные раны и расплываясь под мелкими каплями дождя. Эмпат удивленно задрал голову, только сейчас заметив легкую морось. Та тут же наплевала ему в глаза, удивительным образом приведя в себя.

— Я… потерял контроль, – ответил он, поднимаясь на ноги. Слова оправдания непривычно ложились на язык, толкаясь острыми гранями. В реальности они звучали еще хуже, чем в мыслях.

— И это делает тебя невиновным? – искренне заинтересовалась Ханна.

Кай нервно сглотнул, отводя глаза. Горло сжало, когда он повторно выдавил из себя слова признания.

— Нет.

— Нет?

— Я – первопричина событий на стадионе.

Казалось, произнести это второй раз будет легче. Но Кай ощущал лишь то, что с каждым словом его все глубже проваливается в бездонную яму отчаяния. И с каждым вопросом Ханны он ощущал, что падение только ускоряется.

— И каково это?

— Убивать? – сорвался на нервный смешок эмпат.

— Знать, что ты разрушил десятки жизней. У каждого инсайдера была семья. Родители, дети… жена, с которой они прожили почти десять лет, – едва слышный шепот Змигродской резанул по сердцу, вынуждая его отшатнуться.

— Я… – голос сорвался, не давая закончить фразу.

Кай сжал зубы, пережидая всплеск эмоций. Своих или чужих – неважно, вокруг все слилось в один сплошной комок боли. Картинка мира чуть помутнела, глаза противно защипало. Эмпат несколько раз моргнул, пытаясь вернуть четкость зрению, но помогло ненадолго.

— Это все твое наследие, Кай Мёрфи. Ты заслужил получить его сторицей, – смутно донесся голос Ханны.

Звон в ушах превратился в громыхание колоколов, и эмпат сам не понял, как упал на асфальт. Воздействие Змигродской слоями накладывалось на разум, действительно напоминая паутину. Кай даже не заметил момент, когда она набросила на него свою первую полупрозрачную сеть, постепенно превращая ее в смертельную ловушку.

* * *

Клац-клац-клац. Часы в гостиной тихо отсчитывали секунды.

«Что?!»

Кай ошарашенно огляделся, пытаясь понять, где он. До боли знакомый интерьер заставил волосы на голове шевелиться. Особняк Мёрфи. Гостиная дернулась, сменяясь другими, не менее знакомыми стенами.

В темных коридорах дома не горело ни единой лампы, по полу стелился мрак, густея с каждым биением сердца. Ноги вязли в нем, как в киселе, мышцы слабели с каждым шагом, бессильные его преодолеть. Он не просто сдавался, он не чувствовал ни капли сил на борьбу с его извечным кошмаром.