Книга Серебряная Элита, страница 248 – Дани Франсис

— Где Вин?

Трэвис делает шаг к нему, но Генерал предостерегающе поднимает руки, словно предупреждая: «Не подходи!»

— Где она? Что вы сделали с моей женой?

— Сэр! – решительно начинает Трэвис, снова подвигаясь к Генералу. – Может быть, вам стоит выпить стакан воды? Кажется, у вас пересохло в горле.

Редден смотрит на него недоверчиво, затем жестом отстраняет:

— Что тебе нужно, мой мальчик? Не видишь, я произношу речь!

Трэвис обменивается взглядами с Кроссом. Тот осторожно приближается к отцу с другой стороны. Роу остается на месте, на лице у него откровенный испуг.

Публика напряженно ждет, что произойдет дальше. Генерал настаивает на том, чтобы завершить свое выступление – выступление, утратившее всякий смысл.

— И теперь хочу, чтобы все вы подняли бокалы за следующие двадцать пять лет! Кросс нет, но все да. Я увидел ее и подумал: да. Или нет?

Голос его дрожит и ломается, жесты становятся беспорядочными. Он царапает себе лицо, потом начинает бить себя кулаком по виску.

Трэвис хватает его за руку. Генерал яростно вырывается. Я ищу глазами Адриенну, но не могу найти ее в волнующейся толпе.

Генерал перестает бить себя. И прекращает говорить. Бормочет что-то нечленораздельное, а все стоят вокруг и смотрят на него с ужасом.

За несколько минут Меррик Редден, властелин Континента, превратился в сумасшедшего. Не знай я, кем он был и что с ним случилось, приняла бы его за «расколотого» мода. Но я все видела. Все произошло здесь и сейчас. Со страшной быстротой. Его сознание рассыпалось в труху у меня на глазах, как будто кто-то…

Кто-то его разрушил.

В мозгу у меня эхом отдается голос Джейд Вейленс:

«Это чудовища. Они разрушают умы».

Страшная мысль почти вышибает из меня дух… и в этот самый миг я вновь замечаю Адриенну. Пытаюсь встретиться с ней взглядом, но она проталкивается прочь от сцены.

Тем временем Трэвис, подойдя к краю, пытается успокоить толпу:

— Дамы и господа, все нормально. Полагаю, у нас здесь небольшая медицинская проблема с повышенным давлением…

Вряд ли кто-то ему поверит.

Кросс вместе с Трэвисом пытаются увести Генерала, лицо которого уже утратило всякое выражение. Человек, вошедший в этот зал как хозяин, выходит отсюда как жалкий безумец, способный лишь бессильно отталкивать сыновей или бить себя по лицу.

— Все хорошо, – повторяет Трэвис в микрофон. – Мы во всем разберемся. Он придет в себя, и…

Его слова заглушает взрыв.

В зале разверзается хаос.

Военные бросаются к дверям, офицеры, проталкиваясь сквозь толпу, выкрикивают приказы. Гражданские с воплями «Бомба!» в панике рвутся к выходам.

Меня грохот не пугает. Я знаю, что и где взорвалось, знаю, что новых взрывов можно не опасаться. И потом, я слишком занята погоней за Адриенной.

— Это в кладовой! – кричит кто-то. – Дым идет оттуда!

Добравшись до арочного проема, вижу вдалеке мелькание рыжих волос. Адриенна. Пробирается к выходу. Идет медленно, опустив голову и пошатываясь на ходу.

Уже снаружи я догоняю ее и тяну назад. Она пытается сопротивляться, но я утаскиваю ее в затененный проход между зданием и погрузочной площадкой.

— Что вы с ним сделали? – спрашиваю я.

Выглядит Адриенна худо. По правде сказать, вид у нее совсем больной. Она едва держится на ногах; видно, как дрожат колени.