Книга Двор Истлевших Сердец, страница 245 – Элис Нокс

— Ты спасёшь общину, — прошептала Клэр, и глаза увлажнились, блеснули в свете факелов. — Спасёшь всех нас. Дашь нам силу на века.

Их голоса сливались, наслаивались друг на друга, переплетались, создавая какофонию благодарностей, восторженных молитв, экстатичных восхвалений.

Мир расплывался перед глазами, словно я смотрела на происходящее сквозь толщу воды.

А потом вспыхнула ярость. Слепая, первобытная, всепоглощающая материнская ярость, та самая, что не знает пощады, не признаёт компромиссов, готова разорвать мир на части, лишь бы защитить то, что растёт внутри.

Я подняла голову — медленно, и сквозь слёзы, что всё ещё затуманивали зрение, посмотрела на Рианну прямо в глаза.

— Нет, — сказала я, и слова прозвучали ровно, твёрдо, холодно, как сталь клинка.

Улыбка на лице Рианны дрогнула и застыла.

— Что ты сказала?

— Я сказала нет, — повторила я громче, и голос окреп, наполнился силой, что поднималась откуда-то из глубины. — Я не принесу его в жертву. Не дам тебе его кровь. Не позволю тебе превратить меня в чудовище.

Рука метнулась к поясу, пальцы нашли рукоять ножа, сжали, выхватили.

Лезвие сверкнуло в свете факелов.

— Я заберу его и уйду отсюда, — сказала я, направляя остриё на Рианну. — И если попытаешься остановить, клянусь, вонжу это тебе в горло раньше, чем успеешь моргнуть.

Тишина упала — абсолютная, звенящая.

Рианна смотрела на нож, потом на моё лицо, и улыбка медленно таяла, оставляя холодную ярость.

— Глупая девочка, — произнесла она тихо, смертельно тихо. — Думаешь, нож меня остановит?

Она не двигалась, но голос ударил — не в уши, прямо в разум, властный, непреклонный:

— СТОЙ!

Ментальный приказ обрушился, впился когтями в сознание, заморозил тело на месте.

Нога застыла в шаге. Рука с ножом замерла, не успев начать движение. Магия сжалась сильнее, начала душить и давить.

— ВЫБРОСЬ ЕГО!

Приказ вбился в разум, и пальцы разжались сами — против воли, против отчаянного желания удержать.

Нож выпал, ударился о камень.

— Смелая, отчаянная, но глупая, дочь моя. Потому что ты всё ещё не поняла, с кем имеешь дело. И ты пойдёшь добровольно, потому что если откажешься...

Она кивнула на клетку за моей спиной, и магия дёрнулась — резко, жестоко и Рован закричал.

Кандалы на его запястьях вспыхнули, руны взорвались светом, и даже сквозь глубокий магический сон, что держал его на грани забытья, боль пробилась.

— ПРЕКРАТИ! — заорала я, рванувшись вперёд, но магия Рианны держала, не отпускала. — ОСТАНОВИ ЕГО МУЧЕНИЯ!

Крик Рована оборвался внезапно, и он обмяк.

Рианна опустила руку.

— Видишь? — Произнесла она спокойно. — Чем больше сопротивляешься, тем больнее ему. Так что выбирай, Мейв. Идёшь со мной добровольно, и он умрёт быстро, без лишних мучений, на алтаре. Или продолжаешь бороться, и я высосу из него всё прямо здесь, в этой клетке, за несколько минут, пока ты слушаешь, как он кричит, теряя голос, силы, жизнь.

Она протянула руку ладонью вверх.

— Что выбираешь?

Я смотрела на эту руку, на Рианну, на Рована за спиной.

И поняла: выбора не было. Никогда не было.

Медленно, с усилием, заставляя каждую мышцу подчиниться, я кивнула.

Рианна, торжествующе и победно улыбнулась.

— Умная девочка.

Она взмахнула рукой, и сёстры двинулись.

Окружили меня со всех сторон — Хельга справа, Нори слева, остальные сзади, — и руки легли на мои плечи, локти, запястья. Не грубо, не жестоко, но крепко, удерживая, не давая передумать, не давая вырваться и бежать.