Книга Двор Опалённых Сердец, страница 222 – Элис Нокс

Алистор стоял внизу, руки за спиной. Корона сверкала в рыжих волосах, отражая закатный свет. Он смотрел на меня – серебрянные глаза полыхали, на губах играла хитрая улыбка.

Как у лиса, который только что увидел что-то опасное. И решил, что это интересно.

Он медленно кивнул.

Хорошо сыграно, рыжая.

Я усмехнулась и подмигнула.

* * *

Служанка вела нас по широким коридорам дворца – мрамор под ногами, отполированный до блеска, высокие арочные потолки, расписанные золотом и охрой. Фрески изображали летние пейзажи – поля пшеницы, виноградники, фейри, танцующих под открытым небом.

Магия пульсировала в воздухе – тёплая, живая, пахнущая мёдом и чем-то цветочным.

Оберон шёл рядом, его рука всё ещё сжимала мою. Я чувствовала тепло его кожи, пульс в запястье. Метка пульсировала в такт.

Служанка остановилась перед резными дверями в конце коридора. Тёмное дерево, позолоченные ручки в форме солнц.

— Покои Солнца, миледи, милорд. – Она склонилась в поклоне. – Лучшие покои Западного крыла.

Она толкнула двери.

Я замерла на пороге.

Охренеть.

Комната была невероятной. Не просто роскошной – нереальной. Как будто кто-то взял все богатства мира и высыпал их в одно помещение.

Высокие потолки, расписанные не просто красками – сусальным золотом. Облака, солнечные лучи, птицы – всё сияло, переливалось, двигалось. Я моргнула. Птицы на фреске летели, крылья медленно взмахивали.

— Что за…

— Магия, – тихо ответил Оберон за моей спиной.

Огромные окна во всю стену выходили на сады – но стекло было не обычным. Оно переливалось радужными бликами, словно внутри были вплавлены мельчайшие кристаллы. Закатный свет лился через него, окрашивая всё в оттенки золота, розового, фиолетового.

На полу лежали ковры – не простые, а такие, что хотелось упасть на колени и прижаться к ним щекой. Глубокий ворс цвета сливок, расшитый узорами из золотых нитей. Он выглядел мягче меха, толще, чем любое одеяло, которое я видела.

В центре комнаты стояла кровать – огромная, с резными столбиками из тёмного дерева. Но резьба… Боже, резьба тоже была живой. Виноградные лозы, переплетённые листья, птицы, прячущиеся в ветвях – всё вырезано с такой детализацией, что казалось, будто сейчас зашелестят листья.

Балдахин из прозрачной ткани цвета слоновой кости, расшитой жемчугом. Настоящим жемчугом – сотни крошечных жемчужин, вплетённых в ткань, переливающихся на свету.

Но самым невероятным было изголовье.

Оно было инкрустировано драгоценными камнями. Изумруды, рубины, сапфиры – они образовывали узор солнечного диска, лучи которого расходились по дереву. Камни светились изнутри мягким, тёплым светом, как будто внутри каждого горел огонёк.

Я стояла, открыв рот.

— Миледи? – Голос служанки был неуверенным. – Если что-то не так…

— Не так? – Я обернулась к ней, чувствуя, как усталость куда-то испарилась, сменившись чем-то горячим, восторженным. – Это… это невероятно.

Служанка моргнула, улыбнулась.

— Я… рада, что вам нравится. Ужин через два часа. Одежда в шкафу. Если позволите…

Она вышла, тихо закрыв дверь.

Щелчок замка.

Тишина.

Я обернулась к Оберону, улыбка уже готова была расцвести на губах – но замерла.

Он уже стоял у окна, спиной ко мне. Плечи напряжены, как натянутая струна. Руки сжаты в кулаки.

Голова слегка наклонена – он смотрел вниз, в сады, но взгляд был сосредоточенным, острым, охотничьим.