Книга Двор Опалённых Сердец, страница 304 – Элис Нокс

Мир сузился до размеров этой клетки, до светящихся нитей магии перед глазами, до боли, что пульсировала в висках.

Его лицо всплывало в сознании каждый раз, когда я хотела остановиться. Оберон. Его усмешка, его голос, полный сарказма и нежности. Прикосновение его губ к моим. Я не могла позволить Морриган забрать его, сломать – не сейчас, не после всего.

Я стиснула зубы и потянула за очередную нить магии.

Когда я распутала семнадцатую руну, пальцы больше не слушались. Они онемели, кожа содрана до мяса от магии, что жгла при каждом прикосновении. Кровь сочилась из-под ногтей – липкая, горячая – и капала на камень.

Я рухнула на пол, прижавшись спиной к стене, и закрыла глаза. Передохнуть хотя бы минуту.

Но едва веки опустились, перед внутренним взором опять возник образ Оберона – в белом, стоящий перед троном Морриган, склоняющий голову, произносящий клятвы.

Глаза распахнулись сами собой.

Я поднялась через силу, держась за стену, потому что ноги подкашивались, а в глазах темнело. Вернулась к решётке и продолжила.

Двадцать вторая руна взорвалась без предупреждения.

Магия вспыхнула ослепительным светом, обожгла лицо, отбросила меня назад. Я ударилась затылком о стену, и мир на мгновение потемнел. Когда зрение вернулось, во рту был металлический привкус крови.

Я сплюнула, вытерла губы дрожащей рукой. Осталось две руны. Всего две гребаные руны.

Встала по миллиметру, опираясь на стену, и снова коснулась холодного металла.

Предпоследняя руна поддалась не сразу. Нити цеплялись, завязывались в новые узлы, отказывались распутываться. Я тянула, ломала, разрывала их силой воли, и боль в голове стала такой острой, что перед глазами всё поплыло. В ушах зазвенело – высоко, пронзительно. Желудок свело судорогой, к горлу подкатила тошнота.

Но я не отпустила. Держалась, пока последняя нить не оборвалась и свет руны не погас.

Осталась одна. Последняя.

Я уставилась на неё, тяжело дыша. Руки дрожали так сильно, что я едва могла поднять их. Голова раскалывалась. В глазах двоилось.

Протянула израненные пальцы и коснулась магии.

Она ударила – сильнее, чем все предыдущие.

Боль пронзила насквозь, от кончиков пальцев до самого сердца, выжгла всё внутри, оставив только пустоту и огонь. Я закричала, но не отпустила. Не сейчас. Не когда я так близко.

Потянула изо всех сил.

Нити заплясали перед глазами, затрепетали, начали распутываться – мучительно медленно. Свет стал ярче. Ослепительным.

Давай, давай, давай…

Руна на решётке вспыхнула и погасла.

Паутина заклинаний обрушилась.

Нити магии, что связывали все руны камеры воедино, затрепетали, задрожали – и начали рваться. Одна за другой руны на стенах, на полу, на потолке гасли цепной реакцией, что я запустила. Последней погасла якорная руна в углу – та самая, с которой я начинала.

Она вспыхнула ослепительно, словно крохотная звезда, и беззвучно взорвалась.

Магия растворилась.

Я рухнула на пол, и слёзы хлынули потоком, смешались с кровью на лице. Я сделала это. Сломала всю гребаную паутину.

Несколько секунд я просто лежала, задыхаясь, слушая, как сердце колотится в груди. Потом поднялась – насильно, через боль. Ноги подкашивались, мир качался, но я доползла до решётки и вцепилась в прутья кровоточащими руками.

Металл больше не жёг и не отталкивал.