Книга Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы, страница 55 – Диана Фурсова

Так страшная комната стала рабочей.

Это было самым правильным ответом дому.

Не рыдания.

Не проклятия.

Работа.

За полночь Вера вышла в коридор, чтобы вдохнуть. Голова гудела от имён, плечи ломило от усталости, пальцы пахли пылью старых страниц и мелом. В кухне уже было тише. Большая часть людей спала: кто на лавках, кто в тёплых комнатах, кто на матрасах из сложенной ткани. Очаг горел ровно. На столе стояли накрытые миски для тех, кто задержался в комнате красной нити.

Каэль вышел следом.

Они стояли рядом в коридоре, не касаясь друг друга.

— Моя мать умерла через год после того решения совета, — сказал он.

Вера не повернулась.

— Вам сказали, что из-за дома?

— Да.

— А теперь?

Он долго молчал.

— Теперь я не знаю, от чего умирают женщины, когда им запрещают делать то, ради чего они ещё держатся.

Вера закрыла глаза.

В теле Элианы отозвалось что-то болезненное. Серафина Морвейн. Иветта Рейнар. Аделайда. Женщины, которых потом удобно называли слабыми, странными, опасными, больными, если они мешали порядку.

— Они не умирают сразу, — сказала Вера. — Сначала у них забирают голос. Потом имя. Потом все начинают говорить, что так и было.

Каэль повернулся к ней.

— Я забрал ваш голос.

Она открыла глаза.

Вот оно.

Не полное признание. Не искупление. Но первая фраза, в которой он сам назвал действие.

— Да, — сказала Вера.

— Я думал…

— Не оправдывайтесь.

Он замолчал.

Вера устало опёрлась плечом о стену. Дом под ней был тёплым. Совсем чуть-чуть, но тёплым.

— Если хотите сказать что-то полезное, скажите не о том, что вы думали. Скажите, что сделаете теперь.

Каэль посмотрел в сторону комнаты красной нити.

— Утром я отправлю своим людям приказ не впускать в поместье никого от совета без вашего согласия.

— Ваши люди за воротами.

— До рассвета дом их не впустит, но приказ можно передать через ворота. Они услышат.

— А совет?

— Совет уже знает, что я здесь. Если Балдор или Варна отправили сообщение до запечатывания ворот, ответ придёт быстро.

— Вы ждёте удар?

— Я жду попытку вернуть привычный порядок.

Вера усмехнулась.

— Звучит почти мирно.

— У Рейнаров привычный порядок редко приходит один.

Она посмотрела на него.

— Леди Селеста.

Имя всплыло из памяти Элианы неожиданно. Красивое лицо, светлые волосы, идеальная осанка, тонкая улыбка женщины, которая никогда не повышает голос, потому что за неё это делают другие. Селеста Дарвен. В столице её называли достойной парой для ледяного дракона ещё до брака Каэля с Элианой. А после свадьбы говорили тише, но чаще.

Каэль заметил перемену в её лице.

— Вы вспомнили.

— Немного. Её готовили вам в жёны?

— Совет считал её подходящей.

— А вы?

— Я выбрал вас.

Вера тихо рассмеялась.

Смех вышел коротким и совсем не весёлым.

— Какая честь. Выбрали как ключ к дому, сослали как ошибку, а теперь стоите в коридоре и удивляетесь, почему мне не тепло от этого признания.

Он принял удар.

— Я не прошу, чтобы вам стало тепло.

— Хорошо. Потому что не станет.

— Я знаю.

И снова — без защиты.

Вера отвернулась первой.

Это было опасно. Не потому, что он стал вдруг милым. Нет. Потому что холодный, властный Каэль был понятен. А этот — усталый, ошибшийся, всё ещё гордый, но уже способный сказать «я забрал ваш голос» — был куда сложнее. Сложность требовала осторожности.