Книга Самая длинная ночь в году, или В объятиях Зверя, страница 48 – Ани Марика

Почти до самого заката мы гуляем по ярмарке. Слушаем народное творчество, покупаем зёрна разные, муку, мёд. Корзинку, ведро и коврик небольшой. Последнее пришлось долго выпрашивать и объяснять, зачем мне в избе ковёр понадобился.

Мне безумно нравится этот день. Кроме торгашей приехали циркачи да заморские артисты. Скоморохи зазывают люд. Веселят и травят разные байки. Чуть поодаль от торговых рядов местные с приезжими кулачные бои устраивают. Канатоходцы показывают свои навыки. Трюкачи фокусами самыми простыми удивляют народ. Отовсюду звучит музыка, дети веселятся, девицы громко смеются и флиртуют с молодыми парнями. Единственный, кто не развлекается, — это Гор. Он смотрит на всех хмуро-сурово, с каплей усталости от этой жизни.

— Кто ещё бросит вызов нашему борцу! На его счету нет не единого проигрыша!

Поворачиваю голову и смотрю на здоровенного мужчину. Местный конферансье рассказывает о подвигах богатыря заморского.

— Ну всё, пойдём. Скоро солнце сядет, наконец-то, — бурчит Гор, подставляя лицо под багряно-красные лучи небесного светила.

Сегодня действительно намного теплее, чем вчера. Я даже во второй половине дня шубку сняла.

— Эй, князь! — издевательски басит здоровяк в одних портках. — Бросаю вызов!

— Мне это неинтересно, — отмахивается неандерталец, подталкивая меня вперёд себя.

— Зассал, великий князь? — насмехается, чем выводит из себя проклятого.

Гор низко так, предупреждающе рычит, и вся ярмарка как-то внезапно затихает. Конферансье бледнеет и шипит на приезжего.

— Да уйди ты! Не с тобой говорю! — отмахивается богатырь, отпихивая бедолагу.

Князь разворачивается и идёт навстречу. Народ расступается, перешёптывается, в круг берёт этих двоих.

— Покажи ему, кто на самом деле могуч, пахуч и волосат! — подбадриваю я, семеня за здоровяком и готовясь посмотреть на настоящий кулачный бой. А то только звериный видела.

Правда, мои ожидания не оправдываются. Гор просто один раз бьёт кулаком по лицу этого богатыря. Тот с глухим стуком падает прямо под ноги князя и отключается.

— Есть ещё желающие?! — свирепо спрашивает князь, обводя взглядом местных да приезжих. — Чтоб к утру вас не было!

Рявкнув, разворачивается и идёт в сторону леса. Взял и всем настроение испортил. Что за нелюдимый товарищ?

— Ну, выпендрился этот дурачок, зачем остальных-то прогнал? — ворчу я.

Гор ничего не отвечает. В сани сажает и, хлопнув по боку оленя, отправляет меня домой. Сам же теряется в чащобе.

Добравшись до избы, раскладываю купленную утварь да продукты. Убираю мешочки с крупами за печь. Там самое сухое и непродуваемое место.

Пью снадобья, умываюсь, переодеваюсь в сухое и очень быстро засыпаю.

Новое утро начинается нестандартно. Я просыпаюсь совершенно одна. Зябко поёжившись, поворачиваюсь, разглядывая пустую часть ложа. Меня привлекает блеск от солнечных лучей на шкуре. Провожу ладонью, задеваю нечто прохладное и, резко сев, смотрю на серёжки с изумрудными висюльками. Те самые, что очень понравились.

У меня отличное настроение с раннего утра. Я порхаю по маленькой избушке, навожу порядок. Подметаю, вытираю пыль. Из одного платка делаю половую тряпку и намываю деревянные полы. Даже окна и подоконники до блеска начищаю. В общем, устраиваю генеральную уборку.