Книга Непокорная жена драконьего владыки, страница 38 – Эля Шайвел

Я наблюдала за спорящими.

Мать краснела и фырчала, едва ли не изрыгая пламя, как дракон, а лекарь с каждой фразой казался всё более флегматичным. И это бесило матушку ещё сильнее.

— Не тебе мне указывать, заморыш! — заверещала мама. — Я из верховного духовенства Храма Ошера! Не смей со мной так разговаривать!

— Да будь ты хоть сам Ошер, — фыркнул Калеб и встал со стула. — В этих покоях выше меня только Владыка Джаред. Вам десять минут на разговор.

Мать продолжала гневно пыхтеть и вращать глазами, провожая Калеба, неспешно переходящего на другую сторону покоев.

— Наглая девка, как ты посмела молча наблюдать, как твою мать оскорбляют?! — повернувшись разгневанным лицом в мою сторону, рявкнула мать, едва Калеб сел на кушетку. — Какая мне от тебя польза, если ты, даже будучи императрицей, молчишь будто побитая овца?!

— Я тоже рада тебя видеть, мама, — тихо ответила я.

— Ты ещё и дерзишь мне, Джелин?! — прорычала мать и начала расстёгивать пояс, чтобы как отхлестать меня.

Эта порка уже давно у нас стала традицией, если я не проявляла должного почтения к матери.

В детстве мне крепко доставалось, однако, став взрослой, я довольно успешно научилась уворачиваться, так что фактически мать по мне практически не попадала. Хоть и ругалась при этом знатно.

Но сейчас, ослабленная болезнью и бессонницей, я мысленно застонала, понимая, что я не готова к сопротивлению, а значит, мне достанется.

— Я научу тебя покорности! Да как ты смеешь дерзить мне, неблагодарная соплячка?! — взвилась мать, с остервенением расстёгивая пояс своего парадного жреческого одеяния.

Пояс сегодня был явно на моей стороне, не поддаваясь дрожащим от гнева пальцам матери.

Я попыталась собраться с мыслями, но в голове всё смешалось. Я знала, что любое слово может вызвать новый виток гнева матери, но не могла просто ждать наказания.

— Мама, — сказала я, стараясь говорить спокойно, — я не дерзила, я просто…

— Просто что? — перебила меня мать, её голос был полон презрения. — Просто решила, что можешь игнорировать меня, как будто я ничто? Ты забыла, кто я?

— Я не забываю, кто ты, — тихо произнесла я. — Ты моя мама. А ты это помнишь?

— Ты смеешь ещё поучать меня, девка? — прошипела мать и замахнулась на меня ремнём, наконец-то совладав с его застёжкой.

Я зажмурилась и вжалась в постель, но удара не последовало.

С недоверием я приоткрыла один глаз.

Мать держала руку с поясом всё ещё наверху, пытаясь опустить её, но у неё ничего не получалось. Рука и всё тело матери ходили ходуном, но вниз не опускались.

Её раскрасневшееся лицо говорило о том, что она прикладывает максимум усилий.

Но тщетно.

Будто кто-то очень сильный держал пояс с другой стороны.

— Это что ещё за чертовщина?! — прошипела мать.

— Это я вас только что спас от отсечения руки, — флегматично заявил Калеб с противоположного конца комнаты. — В лучшем случае. Насилие над императрицей строго наказуемо.

Мать резко развернулась, взметнув полы жреческого свободного одеяния.

— Ты продолжаешь мне мешать, заморыш?! Тебя не касаются мои отношения с дочерью. Я буду её воспитывать как хочу и твоего разрешения спрашивать не буду, — рявкнула мать и снова развернулась ко мне, опять поднимая руку для удара.

Но в этот раз она не просто не смогла ударить меня, а после секундной борьбы завалилась назад.