Книга Землянка Для Варвара!, страница 19 – Мила Романова

Воины расступились, и Дарк оказался прямо напротив меня. Его глаза горели, грудь тяжело вздымалась. Он сделал шаг ко мне, протягивая руку.

— Иди сюда, — позвал он.

Я шагнула вперед, не чувствуя ног. Он подхватил меня, прижимая к себе, мокрая от пота кожа, жар, запах дыма и мужской силы. Его рука легла на мою талию, прижимая к бедрам.

— Твое платье, — выдохнул он мне в ухо. — Я хочу содрать его с тебя зубами.

— Люди смотрят, — прошептала я, но руки сами обвили его шею.

— Пусть смотрят. Ты моя.

Мы танцевали. Вернее, он танцевал, а я просто плыла в его руках, чувствуя, как желание пульсирует в каждой клетке тела. Его пальцы впивались в мою талию, дыхание учащалось, и я знала, он на пределе.

Танец закончился оглушительным ревом толпы. Дарк подхватил меня на руки и понес сквозь расступающихся людей, не глядя ни на кого.

— Куда мы? — спросила я, смеясь.

— Подальше от всех.

Он влетел в ближайшую башню, взбежал по лестнице, ворвался в какую-то комнату, кабинет с картами и оружием на стенах. Пинком захлопнул дверь и опустил меня на груду мехов у камина.

— Дарк, — выдохнула я, но он уже накрыл мой рот поцелуем.

Жадным, голодным, до боли. Его руки рвали завязки платья, губы прокладывали дорожку по шее, ключицам, груди.

— С ума схожу, — рычал он между поцелуями. — Когда ты в этом платье… когда смотрела на меня… я чуть меч не выронил.

— Ты танцевал божественно, — я царапала его спину, притягивая ближе. — Я смотрела и думала — как я могу не любить такого?

Он замер.

— Что?

Я поняла, что сказала. Но обратного пути не было.

— Люблю, — выдохнула я, глядя в его серые глаза. — Я люблю тебя, Дарк. Хотя боялась признаться даже себе.

Он смотрел на меня долго, бесконечно долго. А потом улыбнулся. Впервые по-настоящему улыбнулся, тепло, открыто, счастливо.

— Наконец-то, — сказал он и вошел в меня одним плавным движением.

Это было неистово. У камина, на мехах, под светом двух лун, заглядывающих в окно. Мы любили друг друга так, будто завтра не наступит. Шептали имена, стонали, смеялись и снова любили.

А когда обессиленные упали друг на друга, Дарк вдруг напрягся.

— Что там? — спросила я, чувствуя его реакцию.

— За нами следили, — тихо сказал он. — В окне. Тень.

Я похолодела. Кто? Вейн? Лира? Кто-то еще?

— Я разберусь, — он поцеловал меня в лоб. — Но будь осторожна. Никуда не ходи одна.

— Хорошо.

Мы лежали в обнимку, глядя на огонь, и я молилась всем богам, земным и местным, чтобы эта ночь не стала последней.

Я проснулась оттого, что замерзла.

Камин прогорел, оставив лишь тлеющие угли, а меха, в которые мы кутались ночью, сбились в сторону. Дарка рядом не было.

Я села, прислушиваясь. Тишина. Только ветер завывает за стенами башни.

— Дарк? — позвала я.

Никто не ответил.

Накинув шкуру на плечи, я встала и огляделась. Мы были в какой-то чужой башне, видимо, Дарк вчера занес меня в первый попавшийся кабинет. На стенах висели карты, оружие, какие-то древние знамена. В углу стоял тяжелый дубовый стол, заваленный свитками.

И на столе лежал портрет.

Я подошла ближе, сама не зная зачем. Рамка из темного металла, потертая кожа, и внутри, изображение женщины. Местная живопись, похожая на голографию, но более живая, объемная.

Женщина была красива. Тонкие черты лица, длинные темные волосы, заплетенные в сложную косу, и глаза, холодные, синие, смотревшие мимо зрителя куда-то вдаль. На ней было богатое платье с волчьими клыками на поясе, знак высокой жрицы или вождя?