Книга Возьму злодейку в добрые руки, страница 14 – Светлана Бернадская

— Да уж, — выдавил из себя Брант, внезапно засмущавшись. — А ты тут какими судьбами?

Девица нахмурилась и обиженно выпятила прехорошенькие губки:

— Домой возвращаюсь. Хозяйка со службы выгнала, да еще и не заплатила. Представляешь?

— Выгнала? Но за что? — изумился он.

Вроде бы сегодня он не заметил, чтобы леди Орфа косо смотрела на служанку.

Девчонка сердито засопела.

— Лепестки цветов в ванне ей, видите ли, не понравились. Я сорвала лилии, а ей приспичило купаться в розах.

Какое-то время Брант пытался отогнать вставшее перед глазами зрелище: леди Орфа без одежды, в прозрачной воде, лишь слегка прикрытой лепестками роз.

Лилий, напомнил он себе. Там были лилии.

Избавиться от видения получилось с трудом. Пришлось тряхнуть головой и даже ущипнуть себя, чтобы сосредоточиться на словах девчонки.

В самом деле, что ли? Цветы в ванне не угодили? И это повод выгнать девушку взашей, на ночь глядя? Неужели леди Орфа и впрямь настолько капризна? Брант осторожно промокнул разбитый лоб влажным полотенцем, любезно принесенным хозяйкой, и ляпнул прежде, чем успел подумать:

— Поужинаешь со мной? Заодно и про хозяйку свою расскажешь.

Девчонка расцвела ярче прежнего и с готовностью закивала.

— С удовольствием! Мамы все равно дома нет — ушла к роженице. Чем одной в пустом доме сидеть, так лучше здесь, в хорошей компании.

Брант тут же подозвал подавальщицу и сделал заказ: что-нибудь уже готовое, чтобы не терять драгоценное время. Он и так уже изрядно припозднился с отъездом.

— Ох и стерва она! — щедро делилась наболевшим Ифи чуть погодя, деликатно отщипывая маленькие кусочки от сытного мясного пирога. — Вечно ей все не так, ко всему придирается, какая уж тут прислуга удержится! Вот не удивительно, что мужик никакой к ней так и не прибился. А теперь уж и не прибьется.

— Почему? — заинтересованно переспросил Брант, которого откровения Ифи одновременно и обнадеживали, и печалили. — Баронесса очень красива.

— Так старуха же! — искренне удивилась его вопросу Ифи. — Мало того, что характер склочный, так со дня на день морщины да седина появятся. Кому она такая нужна-то?

Ну, морщин, положим, Брант никаких не увидел. И от нелестного вердикта «старуха» ему вдруг сделалось неприятно.

— А на вид не такая уж и старая. Сколько ей лет? Тридцать?

— Около того, — повела плечом Ифи. — Сколько там дочери его светлости Амиса сейчас, двенадцать? А родилась она ровнехонько через год после родительской свадьбы. Злюке-то нашей всего шестнадцать было, когда она опозорилась. Выходит, двадцать девять сейчас.

Брант поймал себя на том, что давит облегченный вздох. Двадцать девять — это все же не тридцать. Это всего на шесть лет больше, чем ему самому.

А шесть лет — сущий пустяк, верно ведь?

И тут же ощутил прилив стыдливого жара. Зачем ему вообще эту разницу в годах подсчитывать? Можно подумать, леди Орфа когда-нибудь обратила бы внимание на такого, как он.

Даже если бы он не утратил право на титул и отцовское наследство.

О чем он только думает? Он смущенно стряхнул на полыхающее лицо непослушные вихры и попытался сосредоточиться на словах Ифи.

— Опозорилась?.. А, ты о тех временах, когда она была невестой графа Амиса?

— Невестой? — фыркнула Ифи, едва не подавившись куском пирога. — Любовницей! Охмурить она его пыталась, и под венец затащить — это да. Но наш граф, то есть, тогда еще не граф, а графский наследник, оказался умнее и не дался. Куда уж ведьме и распутнице сомнительного происхождения тягаться с благородной леди Амелией?