Книга Повесть о граффах, страница 100 – Даша Клубук

Следующие слова Август произнес так близко к уху Ирвелин, что та невольно отпрянула.

— Помню, ты говорила, что у тебя нет друзей. Быть может, выпал шанс их обрести?

* * *

— Госпожа Баулин, добрый вечер. – Ид Харш подошел к койке. – Как ваше самочувствие?

— Терпимо.

Харш перевел взгляд на Августа, который зачем-то принялся щупать здоровый локоть Ирвелин.

— Вы лекарь, не так ли? Не видел вас прежде.

— Август Ческоль, – представился левитант, оставив главный вопрос без ответа.

Приняв рукопожатие молодого граффа за подтверждение своего вывода, который основывался на наличии белого халата и довольно уверенном виде его носителя, Ид Харш поинтересовался:

— И как вы, господин Ческоль, оцениваете состояние госпожи Баулин? Я уже могу задать ей несколько вопросов?

Август повернулся к Ирвелин. Как жаль, что проникать в мысли человека под силу лишь телепатам. Харш терпеливо ждал, полагая, что господин Ческоль проверял у госпожи Баулин реакцию зрачков на свет.

— Несколько вопросов можете задать, – произнес Август нарочито деловым тоном, после чего громко выдохнул и направился в сторону выхода.

Харш провожал его взглядом и, дождавшись, когда лже-лекарь выйдет из лавки, обратился к Ирвелин:

— Прошу у вас прощения, госпожа Баулин, что допрашиваю вас почти сразу после происшествия, однако обстоятельства вынуждают меня действовать без промедления. Дело в том, что в результате этого самого происшествия пропал человек, и вы – наш единственный свидетель.

Ирвелин постаралась изобразить удивление, правда, успех в этом помысле вышел сомнительным: брови как-то неестественно натянулись, придавая ей сходство с загнанным кроликом.

— Раз все настолько серьезно, я готова ответить на вопросы, ответы на которые в состоянии дать.

Харш кивнул и вынул из кармана изумрудной шинели длинный блокнот, который Ирвелин уже приходилось видеть.

— Итак, расскажите мне, что здесь произошло до того, как вы потеряли сознание.

И Ирвелин рассказала. Опустив подробности о своей подлинной цели посещения лавки кукловода, она рассказала, как не заметила таблички «Закрыто», как, находясь внутри, услышала голоса и последовавший за ними грохот. Про разрушения, вина за которые лежала на ней, Ирвелин рассказала также без утайки; про огромные башни из безликих коробок, которые методично падали друг на дружку, оставляя после себя только пыль и осколки…

— На шум из кабинета выбежал человек, – произнесла Ирвелин и умолкла.

— Человек? Как он выглядел? Вы смогли его опознать?

Ирвелин посмотрели на свои колени. Ее бежевые выходные брюки были в пятнах. Да, она опознала его. Это был Нильс Кроунроул, внук баронессы Приссы Кроунроул, проживающей в поместье «Гранатовый шип», что стоит на западных равнинах Граффеории. Более того, Ирвелин обладает сведениями, из которых недвусмысленно следует, что именно Нильс Кроунроул мог быть замешан в похищении Белого аурума из Мартовского дворца в начале сентября. А еще графф по имени Нильс имеет поразительное сходство со своим двоюродным братом, Филиппом Кроунроулом, который живет с ней по соседству на Робеспьеровской, 15/2. Да так похож, что вначале она приняла этого человека за Филиппа. Причина незаконного поведения Нильса Кроунроула ей неизвестна, но у нее есть серьезные основания полагать, что этому граффу нужна кукла господина Олли Плунецки по имени Серо. И она, ко всему прочему, возможно, живая.