Книга Повесть о граффах, страница 113 – Даша Клубук

Вторую остановку у лавки с продовольствием Август проспал. Филипп, Мира и Ирвелин быстро запаслись водой и бензином и поехали дальше. Проснулся Август только у каменистого забора, вдоль которого ехал листоед, подъезжая к Зыбучему проселку.

— Что? Уже забор? – захрипел Август, осматриваясь.

— Здравствуй, наша соня, – ответила ему Мира, переключаясь на вторую передачу. – Ненадежным ты оказался штурманом. Мне пришлось уволить тебя. Филипп, куда дальше?

— Прямо, до конца каменной изгороди, потом направо, к болотам. Вон там вдалеке виднеется какой-то лес.

— Это и есть лес Пяти Сосен, – сообщил Август, пытаясь совладать со своими длинными ногами, которые не позволяли ему сесть поудобнее. – Машину оставим у гостиницы, одна есть рядом с тюфяком. До леса дойдем пешком.

Мира забунтовала:

— А других вариантов нет? Оставлять свою машину без присмотра на Зыбучих землях мне бы не хотелось.

— Это место – ближайший населенный пункт к востоку от леса. Можем кинуть машину прямо на опушке, где-нибудь в глуши. Хочешь?

Мира промолчала и резко свернула вправо, на грунтовую дорожку. По днищу листоеда запрыгала россыпь из мелких камней и песка. Миновав хлипкий мост, граффы попали на Зыбучие земли – городок, обустроенный на илистом болоте. Ароматы тут ходили самые разные, от чудного букета из мимозы и выпечки до мерзкого запаха скисшей капусты. Песочного цвета дома-близнецы стояли здесь сплошь двухэтажные. По пыльным улицам бродили редкие граффы, на обочинах – ни единого куста. Мальчишки-левитанты играли в мяч, перебрасывая его из одного балкона в другой, и со смехом перелетали от дома к дому. Среди препятствий на пути к гостинице был только круглолицый паренек-эфемер, прилипший к их машине за порцией сладостей.

— Дружище, а как бы твои родители отнеслись к попрошайничеству? – спросил у паренька Август через спущенное окно.

— Отец не покупает мне конфет. Говорит, от них зубы покрываются сажей. А мама покупает, но она сейчас в отъезде, в Олоправдэле.

— А твой отец дело говорит, – усмехнулся Август и протянул мальцу пакет с горсткой мятных леденцов. – Здесь немного. Один леденец можешь съесть сам, а остальными угости друзей. Друзья-то у тебя есть?

— Есть, господин. Лерой и Мила. Мы все втроем эфемеры и бегаем наперегонки. Лерой постоянно меня обгоняет.

— Вот их и угости. А Лерою передавай мое почтение.

— Спасибо, господин! – с блестящими от счастья глазами крикнул мальчишка и был таков.

Добравшись до гостиницы (бесцветное здание с флагштоками по бокам), Мира припарковала машину на заднем дворе, и четверка продолжила свой путь пешком.

— Днем здесь всегда тихо, – сказал Август, оглядывая пустынные улицы. – Город оживает с наступлением сумерек. Вечером сами увидите.

Идти им пришлось довольно долго, и, как только они дошли до леса, солнце тут же скрылось за облаками, отдавая путников во власть послеполуденных теней. Граффы подошли к опушке леса и закрутили головами. Поиски старого пня с трещиной посередине, о котором упоминал Грифель, много времени не потребовали: пень выглядывал из-под травы прямо напротив узкой тропинки, ведущей в глубину леса.

— Нам сюда, – скомандовал Август и вступил на тропу первым.

Ирвелин посмотрела наверх. Лес Пяти Сосен знаменит на всю Граффеорию тем, что деревья и кустарники в нем были куда выше обычных. Сосны-великаны здесь достигали такой высоты, что, запрокинув голову, не всегда можно было разглядеть их верхушки. Из глубины каркнул ворон, и Ирвелин поежилась.