Книга Повесть о граффах, страница 114 – Даша Клубук

— Идите за мной, – крикнул Август.

Граффы вступили в лес вслед за левитантом. Под ногами зашелестели опавшие листья и трава, а по бокам бились о плечи острые ветки. Чтобы защитить свой раненый локоть, Ирвелин создала слева от себя отражающий барьер. Барьер получился прочным – ветки при соприкосновении с ним сгибались и отскакивали.

Чем глубже они заходили в лес, тем уже становилась тропинка. Не прошло и четверти часа, как кроны сосен-великанов полностью перекрыли дневной свет. Август вынул из рюкзака фонарик и направил его вперед.

— Не нравятся мне такие приключения, – услышала Ирвелин недовольный голос Миры, идущей прямо за ней. Ее полушубок цеплял репейник, чья высота удивляла не меньше высоты сосен, и Мира без конца отрывала от себя мелкие колючки. – Та женщина-телепат, к которой мы идем, что же, каждый день ходит за молоком через эти дебри?

— Если верить Грифелю, то она ни разу в жизни не выходила из своего дома. Вряд ли эти дебри ей мешают, – ответил Август.

— Тогда откуда она берет молоко?

— Может, у нее есть свой скот, – увертываясь от особо опасной ветки, предположил Август.

Они все шли и шли, а глушь и мрак все не заканчивались. Левую руку Ирвелин стало ломить, и она принялась удерживать ее правой. Пара белок прошмыгнули вверх по стволу ближайшей от нее сосны; их пушистые хвосты промелькнули на миг и исчезли в высоте дерева.

— Вижу просвет! – объявил Август, и путники ускорились. Они вышли на очерченную блеклым светом поляну. Ирвелин отвела глаза от земли и посмотрела вперед. Там, в глубине заросшей сорняком поляны, стоял огромный особняк.

— Не обманул нас старина Грифель, – сказал Август и громко присвистнул, оценивая масштабы строения.

Дом рода Мауриж оказался поистине величавым. Возложенный из бурого камня, он возвышался к небу на несколько десятков метров. Особняк был глухим и угрюмым, а его фасад почти целиком зарос мхом, из-за чего возникала необычайная иллюзия слияния дома с лесом. На окнах же мох оставлял рваные проплешины, и они, окна, большие и темные, озирали гостей как безумные глаза поджидающего чудовища.

— И как в таком одичалом месте может проживать человек? – шепотом поразилась Мира, отщипывая от предплечья последний репей.

Август зашагал по сухой листве прямо к дому, следом за ним пошел и Филипп. Мира с Ирвелин переглянулись – им обеим эта затея уже не казалась удачной, но после секундной заминки они послушно отправились за мальчиками.

Крыльцо особняка было запорошено шишками и голыми ветками. Масляные фонари висели над дверью потухшие. Откуда-то сверху снова гаркнул ворон, будто настойчиво о чем-то предупреждая. Ирвелин ощутила, как ее кожа покрылась мурашками.

Филипп подошел к двери, взялся за медное кольцо и постучал. Граффы замерли в ожидании. Даже Август потерял свой настрой смельчака и сосредоточенно смотрел перед собой.

— Может, еще раз постучать? – спустя минуты тишины предложил левитант.

— А может, в этом доме никто и не живет? – сказала Ирвелин с неприкрытой надеждой. – Вероятно, поблизости есть другой дом, который мы не…

Ее перебил металлический скрежет, и тяжелая дверь начала со скрипом распахиваться. Ирвелин так и застыла с открытым ртом, наблюдая за появлением фигуры в темной щели.

— Приветствую вас, молодые граффы. Чему обязана вниманием?