Книга Повесть о граффах, страница 118 – Даша Клубук

— В экспозиционной части галереи стояли еще трое дворцовых отражателей, но их имен я здесь не вижу, – поглядывая в список, сказал Чват.

— К Белому ауруму они, видимо, не подходили, вот их здесь и нет.

Харшу принесли его обед – запеченная дорадо с молодым картофелем, – и детектив, свернув список, взялся за вилку с ножом. К его горькому разочарованию, Чват уходить не собирался, он так и продолжал сидеть, наблюдая за тем, как Харш с аппетитом набивал себе рот.

— Я все думаю о похищении Олли Плунецки, – бросил Чват без зазрения совести. – С одной стороны, оно никак не связывает нас… ну… – он убавил голос, – с похищением Белого аурума. Но, с другой стороны, за связующее звено можно принять…

— Ирвелин Баулин, – закончил за него Харш. Он считал абсолютно так же и был удивлен, что Чват имеет схожее с ним мнение. Сыщик даже жевать перестал.

— Странно, да, господин Харш? Единственный свидетель похищения кукловода является подозреваемым в деле по Белому ауруму.

— Говори тише, Чват! – рассердился Харш, когда увидел любопытное лицо женщины за соседним столом. – Все, мы закончили. Продолжим работу в моем кабинете.

Новых попыток обсудить дело Чват предпринимать побоялся. Сконфузившись, он поднялся, а через секунду уже лежал ничком в проходе, запнувшись о собственные ноги. По таверне вмиг разнесся бурный смех компании стажеров, и юноша стал пунцовым. Чват попытался встать, но не смог, что повлекло за собой новую волну смеха. Он сильно ударился коленом, отчего согнуть ногу было больно, а подняться на руках не получалось. К смеху стажеров присоединились и другие посетители.

— Да чтоб тебя… – выругался Харш.

Он отложил вилку, выбрался из-за стола и подошел к валявшемуся Чвату. Взяв того за подмышки, он помог ему подняться.

— Идти сможешь?

— Смогу.

Смех поутих. Харш хмуро глянул в глаза Чвату, который оказался одинакового с ним роста, только вот щуплый, как сахарный тростник.

— Впредь постарайся смотреть себе под ноги. Встретимся в участке.

Чват потупил взгляд и, прихрамывая, затопал к стажерам. Харш вернулся за стол и возобновил свой обед.

Из таверны «Семерым по якорю» Ид Харш вышел в одиночестве. Всю дорогу до участка он размышлял об Олли Плунецки. Как этот кукловод мог быть связан с похищением Белого аурума? Он что-то знал о воре, и его убрали как лишнего свидетеля? Плунецки был одним из видных кукловодов Граффеории, Харш навел о нем справки. Он мог оживить любой материал, не считая, разумеется, тройки вето, куда входили металлы, стекло и пластмасса. К слову, в кабинете у Харша завалялся икающий болванчик из лавки Олли, который ему подарила Доди Парсо на прошлый Новый год. Болванчик без конца икал, а по вторникам его икание подозрительным образом напоминало ругательства, и самые искрометные. Доди он казался забавным, а Харш при любом удобном случае запихивал болванчика в архив.

В вестибюле участка Харш пересекся с Фицем, который с молниями вместо глаз вел беседу с интеллигентным карликом. В лифте Харш ехал с молчаливой Алисой Фанку и парочкой ее подопечных, таких же молчаливых. В коридоре пятого этажа он встретил своего секретаря, госпожу Плаас, которая выходила из кабинета капитана Миля.

— Капитан ждет вас завтра у себя, – сообщила госпожа Плаас с броским равнодушием. – Также капитан надеется, что в этот раз вы сможете порадовать его новостями.