Книга Левитанты, страница 188 – Даша Клубук

— ..в последний момент я ухватилась за откос, чудом не свалившись вниз. Вот была бы я левитантом…

— Лестно слышать, – не смог отказать себе в удовольствии Август. – Очевидно, что левитанты по природе своей – лучшая ипостась.

— Ага. – Девушка фыркнула. – Губу посоветую тебе закатать, а то она обвисла слишком. Левитанты по природе своей – граффы с самым раздутым эго.

— Вот здесь ты и ошибаешься, подруга. Вспомни об эфемерах.

Ирвелин изобразила задумчивость.

— Видимо, говорила я сейчас лишь об одном левитанте, самомнение которого широко известно.

Август разошелся в улыбке, да настолько широкой, что щеки его добрались до самых висков.

Прелестная, милая Ирвелин. Он готов был прямо сейчас схватить ее за хрупкие плечи и покружить, только вот уселись они довольно неплохо, а перед Ирвелин лежала весьма любопытная для него вещь.

— Мое самомнение ты уж, пожалуйста, не трогай, оно мне подороже ипостаси будет, а вот дневники Феоктиста Золлы покажи.

Сев поудобнее, Ирвелин придвинула к коленям рюкзак и расстегнула на нем туго натянутые пуговицы. На паркет посыпались ветхие тетради и листы. Затхлый аромат сгнившей бумаги разошелся по всей гостиной.

Август оглядел скинутый ворох и присвистнул.

— Не хочу тебя расстраивать, Ирвелин, но отныне тебя можно называть вором.

— Как только я прочитаю их, я верну все обратно.

— Всенепременно, – бодро ответил Август и вынул из кучи одну из тетрадей. Смахнув засохших тараканов, он осторожно ее раскрыл. – Ты вынула из того шкафа абсолютно все?

Почерк писателя был крупным, его слова занимали все возможное пространство, а буквы слонялись по строчкам вразвалочку, как гулены навеселе, переваливаясь из стороны в сторону.

— Нет, разумеется. Все тетради я бы утащить не смогла. Я вынула только часть.

— И ты будешь это все читать?

— Буду.

— Тут и за один год не управится.

— Значит, буду читать два года.

Хмыкнув, левитант отложил похрустывающую от старины тетрадь и со снисхождением посмотрел на Ирвелин.

— Слушай, давай я поговорю с принцессой. Она дала мне слово: если я помогу ей с Постулатом, она обеспечит твоему отцу шанс на возвращение. А я ей помог, и даже больше – я спас ее саму от этого самого Постулата. – Август невесело усмехнулся, увидев, как у Ирвелин округляются глаза. – Ты пойми. Если она поможет нам, тебе не придется тратить свое время на… это. – Театрально-брезгливым жестом он указал на кучку листов у своих ног и на кучку тараканов, когда-то давно усопших.

Ирвелин не отступала:

— Принцесса известна своим бунтарским настроением. И, к тому же, ты забываешь про советников…

— Да помню я о них. В решении по отмене приговора участвуют все восемь советников Короля. Но, Ирвелин, принцесса дала мне слово. Позволь мне просто напомнить о нем.

Прикрыв глаза и какое-то время не двигаясь, отражатель неуверенно кивнула. А потом, не раскрывая глаз, бросила в него вопросом:

— Когда ты собираешься рассказать нам о своем недавнем приключении?

Как бы необычно для Августа это не звучало, но рассказывать друзьям о своих последних днях желания он не испытывал. Прошлым вечером его подвергли поверхностному сканированию, серое вещество в его голове словно через мясорубку пропустили. «Вероятны слабые головокружения, господин Ческоль», – уверяла его телепат Алиса Фанку, а он в ответ лишь что-то кротко мычал, пытаясь сфокусировать гуляющий взгляд на высоком лбу телепата.