Книга Левитанты, страница 69 – Даша Клубук

Весьма подходящее они выбрали время для его сканирования, думал Август, поскольку в минуты, когда телепат Алиса Фанку сканировала его мысли, Август не мог думать ни о ком другом, кроме Миры. Чтобы отвлечь его от мыслей, крайне неуместных сейчас, телепату пришлось задавать Августу наводящие вопросы: про Постулата, про принцессу, про крышу Танцующей башни и про то, что почувствовал Август, когда двое левитантов оставили его в камере. Но несмотря на все ее старания, Август отвечал односложно и не сбивал свои мысли с намеченного ими курса. Он был бы рад помочь телепату и не думать о девушке, в которую был безответно влюблен, однако выкинуть из головы ее последний взгляд, брошенный в него с такой ненавистью, у него, увы, никак не получалось.

* * *

На Робеспьеровскую 15/2 Август Ческоль и Мирамис Шаас переехали с разницей в один месяц. Август переехал из Олоправдэля в декабре, а Мира – под новый год, из промышленного северного Прифьювурга. Познакомились они случайно: Мира тащила по заснеженной Робеспьеровской огромную коробку с глиняными горшками, а Август, с крыльца заметив эту неравную схватку, вызвался помочь.

— Что это у вас в коробке? Камни?

Мира с тяжелым стоном отпустила ношу и обернулась. Светлые кудри ее устраивали бунт – они повсеместно вылазили из-под бирюзовой вязанной шапки, норовя вот-вот от нее избавиться.

— Горшки для цветов, – торопливо ответила она, щурившись от январского солнца.

Тогда Август отметил необычную внешность своей новой соседки. Ее зеленые, далеко посаженные друг от друга глаза смотрели вокруг по-лисичьи лукаво. Светлая, почти белая кожа сливалась со светлыми волосами. Слабой и застенчивой эта девушка не выглядела, уже тогда энергия в ней била ключом.

Левитант ей улыбнулся.

— Вы, госпожа, вместо того, чтобы эту славную коробку по рыхлому снегу тащить, вынесли бы ее лучше на лед. Ближе к силе трения, так сказать. – Он обошел девушку и взялся за другой край коробки. – Примите помощь молодого левитанта?

Мира кивнула, отбрасывая с лица волосы.

— С радостью приму.

Граффы сдвинули коробку на скользкую обочину и покатили ее по петляющей улице. Коробка оказалась не только тяжелой, но и страшно неудобной – и как эта кудрявая леди смогла протащить ее в одиночку от Скользкого бульвара, что в двух кварталах отсюда?

— Я, кстати, штурвал, – отметила Мира, еле дыша. – Но двигать такую тяжесть навыком, знаете ли, ни чуть не легче, чем двигать ее вручную.

— Вам стоит написать жалобу на имя Белого аурума. Весомое с его стороны упущение.

В тот период Мира с головой ушла в создание своей цветочной мастерской. Неделями что-то красила у себя, отчего в парадной долгое время стоял спертый запах краски и ацетона, сама сколотила себе стол для работы. Услышав однажды ритмичный стук молотка, Август снова вызвался помочь, но когда он зашел в квартиру номер «2», то обнаружил там уже готовый стол, к которому Мира привинчивала четвертую ножку.

Ее инициативы было больше, чем кудряшек на ее голове, и к весне обычная квартира номер «2» преобразилась в настоящую мастерскую. Той весной Август частенько помогал ей с рабочей поклажей, таскал доски и нескончаемые горшки. Цветочный холодильник притащил тоже он, в паре с одним крепким отражателем. Мира же в качестве благодарности кормила Августа домашним обедом, а он время от времени приглашал ее в «Вилью-Марципана» – отведать лучший черный кофе в Граффеории.