Книга Лисья невеста, страница 55 – Нинель Мягкова

Аристократия обучалась в столице или на дому, сюда же, в школу, принимали тех, кто будет их оберегать и выполнять не самые приятные поручения. Расходный материал, да простят меня скорбящие.

Так что итог закономерен, пусть и преждевременен. Все мы там будем.

Да, себя я тоже посчитала. Раз уж я стану выпускницей школы Золотого Лиса, придется пойти по общепринятому пути. Только постараюсь устроиться куда-нибудь в тихое местечко, подальше от дворца, заговоров и прочей и суеты. Может, какую провинциальную девицу на выданье охранять… Боец из меня пока что так себе, но Лейши обещала подтянуть владение холодным оружием. А врукопашную я ей и сама пару приемчиков покажу, чтобы взаимовыгодно получилось.

Завтракать в день траура не положено.

С рассветом все обитатели школы во главе с господином Хайном собрались на склоне, где обычно проходили медитации. Расположились на расстеленных заранее циновках лицом к солнцу, и нестройным хором затянули песнопения.

Мелодии были знакомы Ронни, но слова она помнила смутно, а я и подавно могла лишь подвывать в унисон.

После молитв за благополучие душ, переходящих в загробный мир, началась собственно церемония прощания. Гробы выставили в ряд на центральной площади, перед ними поставили низкие длинные столы для подношений. У каждого — отдельная курильница с вьющимся под порывами ветра дымком, где положено сжигать благовония и бумажные дары.

Здесь из бумаги вырезали то, что может пригодиться усопшему за гранью. Видела я и мечи, и коней — искусно сделанных, пусть не раскрашенных, но вполне узнаваемые силуэты. Однако чаще всего подносили копии местных денег, здраво рассудив, что уж со звонкими монетами-то блага можно приобрести почти любые.

Диски с дырочкой посередине загорались неохотно. То ли бумагу чем-то пропитали, то ли огонек норовил погаснуть из-за нелетной погоды. Как назло, после ясного рассвета ветер нагнал туч, небо затянуло серостью и с него то и дело срывались мелкой очередью капли.

В толпе, неровной вереницей тягуче-неторопливо следующей от площадки, вдоль гробов, к столам с угощением, слышался ропоток. Мол, дурная примета, что подношения не горят. На том свете покоя не будет бедолагам.

Я украдкой огляделась.

Пусть все сегодня равны перед общим горем, в белых простых одеяниях, но я все еще служанка и имею право лавировать среди гостей с подносом.

На столе стояли блюда, положенные по протоколу. Кроме пустого риса, только овощи во всех видах, но почти без специй. Чтобы пряностью и яркостью вкуса не мешать горести.

И высокие графины с цветочной росписью, в которых под изящными пробками томилось убойное байцзю.

Иными словами, водка из сорго.

Возможно, подношение алкоголя предкам должно было проводиться исключительно в кувшинах, но я рассудила, что, учитывая погодные условия, хуже не будет.

Что хорошо в местных одеяниях, особенно парадных и траурных, — это широченные рукава. Тренировочные и рабочие попроще, чтобы не мешали рукам, но сегодня все облачились в траур. Так что спрятать небольшую пиалу с алкоголем получилось без проблем. Дальше дело техники: незаметно капнуть в каждую курильницу, делая вид, что подбрасываю благовония. По чуть-чуть, пожар устраивать ни к чему, чисто окропить.

Предкам, похоже, понравилось, потому что больше угли не затухали.