Книга Соната Любви и Города: Дракон, страница 20 – Анна Рудианова, Елена Третьякова

Фельдшер пытается спорить, но машина трогается, трясясь по ухабам. Я помогаю приладить к лицу русалки кислородную маску, закатываю рукав её куртки для инъекции, чем заслуживаю толику уважения фельдшера.

Люба тихонько трогает меня за плечо и кивает на окошко в двери, сквозь которое видно целое кладбище без локальных пожаров и разрушенных могил. Значит, наши экран поставили. Ну и ладненько. Это их работа, вот пусть и воюют с бешеным драконом. А моя работа — людей спасать.

— Чего она нервная такая? — спрашивает фельдшер, занеся все данные и вписав названия препарата в планшет. — Кого похоронила?

— Мужа, — отвечает Люба.

— Беда с мужиками пошла. Мрут так рано. То инсульт в сорок, то инфаркт в тридцать шесть. Мы на той неделе не довезли паренька. Молодой, а сердце как тряпочка. Э-э-эх.

Я обнимаю прижавшуюся к боку Любушку и молчу на откровения медработника.

В больнице нас действительно ждут. Алёну Александровну быстро поднимают в отделение, Любу осматривают в приёмном покое и отпускают. Медсестра требует Алёнины документы, я запоздало вспоминаю батин наказ позвонить маме.

Через час в больнице оказываются Ксения Григорьевна и мама с документами, сменными вещами и новостями о том, что в городе открыта охота на дракона.

ЛЮБОВЬ

Суета больницы меня нервирует. Толя же спокойный, как танк. Хочется его хорошенько стукнуть, укусить, заставить встряхнуться. Хотя потряхивает скорее меня.

Я же знала, что он говорит со Смертью, знала, что это опасно. Но сегодняшний день кажется мне нереальным, и решение Толика тоже. Я раз за разом убеждаю себя, что этого разговора не было, что Смерть не придёт за Толей, а Алёна Александровна выкарабкается самостоятельно.

Ловлю холодные сухие губы Толика и понимаю, что надо что-то сделать, не могу сидеть сложа руки.

Зря Видящие не выловили дракона ещё на кладбище. Где его теперь искать?

Пока мы добирались до города, низкие тучи низверглись снегопадом. Дальше метра вперёд ничего не видно. Ветер кидает жирные увесистые снежинки в лицо, так и норовя залепить глаза.

Погода пытается скрыть дракона, но нет-нет да мелькают в телеграме фотографии странной огромной птицы в небе.

— Поздновато для посещений, — Татьяна Ивановна встречает нас на входе хосписа.

Мне просто необходимо проверить своих подопечных, а отпустить Толю от себя тоже не могу. Он передал Алёну Александровну на попечение маме и Блаженной и поехал со мной.

— Мы ненадолго, — отвечаю ей. — Обещаю, что не растормошим детей перед сном. Пара минут буквально.

Пробегаюсь по палатам. Толя хвостом следует за мной. Раздаёт втихаря конфеты, которые всегда носит в карманах, обещает одному мальчику робота, второму — набор «Лего».

В хосписе всё спокойно, только все дети, которые могут ходить, прилипли к окнам и пытаются разглядеть точку дракона вдалеке. Они каким-то седьмым чувством знают, что на улице летает магия.

— Он был здесь, — бормочу себе под нос.

— Когда дракон пролетел над зданием, я смог отбить его атаку. Но дети заметили… — Клошар появляется рядом, когда я усаживаюсь возле Сабины. Её мама всегда выходит из палаты, когда я прихожу. Идёт плакать в туалет, при дочке она себе не позволяет такой слабости. Толя провожает женщину долгим взглядом, наверняка уже прикидывает, как будет уламывать Смерть на отсрочку.