Книга Соната Любви и Города: Магия Ковена, страница 23 – Анна Рудианова, Елена Третьякова

Кусочки складываются.

— Так ты перерождённая?

Люба кивает.

— И в Ковене состоишь?

Опять согласный кивок.

Однако попадос, товарищи! Одно дело иметь связь со слабенькой ведьмой, стоящей третьей-четвёртой на очереди в Ковен. И совсем другое — вошедшая в полную силу, поддерживаемая полным кругом ведьма. С ужасным, судя по всему, характером.

И как тут не поверить, что Город меня ненавидит? Такую комбинацию замутил.

Звонит телефон, весёленькая мелодия заводной крейзи лягушки разливается по кухне. Люба подскакивает, хватает телефон и выбегает в коридор, словно не хочет, чтобы я слышал, с кем она разговаривает.

— Да, Танюш. Как Чижик? А Пыжик? Да, хорошо. — Я не подслушиваю, а ловлю обрывки фраз. — Хорошо, привезу. Отлично. Это же хорошо. Да-да. Завтра, я поняла. Пока. Таня звонила, — Люба возвращается на кухню. — Сказала, что мальчикам лучше. И даже голова у неё не так сильно болит. Она договорилась с соседкой, чтоб та к себе Покемона забрала.

— Лучше, потому что ты монетку из палаты вынесла. А что за Покемон?

— Кот Танин. — Она садится на своё место и задумчиво крутит в руках кружку с остывшим уже чаем.

— Ты знаешь, кто наполняет такие монетки силой?

Люба поднимает на меня глаза и кивает. Серость её взгляда вновь приобретает оттенок металла.

* * *

Любовь Николаевна Орлова

Возраст: 29 лет, инициировалась в 20.

Серые глаза, светлые волосы.

Может забирать эмоции людей через прикосновение.

Носит перчатки.

Родилась в обычной семье, где прабабка была ведьмой, но не передала свой дар, потому что осталась с любимым мужчиной и родила сына.

Любит: стихи классиков и романтику.

Не любит: толпу и ветреность.

* * *

Анатолий Климович Котеночкин

32 года.

Серые глаза. каштановые волосы.

Сын Клима Котеночкина. Потомственный видящий.

Закончил ВМА (Военно-медицинская академия). Работает в хирургии детской больницы Святой Марии Магдалины города Санкт-Петербург

Водит мотоцикл: кавасаки ниндзя четыреста Р.

Любит женщин и сладкое.

Не любит Город и торопиться.

* * *

— Мы опять поедем на мотоцикле?! — Нервное заикание мне в постоянные спутники при общении с Толиком.

Я ненавижу этот его драндулет! Бью носком туфельки об колесо железного монстра.

— Эй, потише. — Толик перехватывает меня за талию и оттягивает от мотоцикла. — Любушка, хочешь на такси поедем? — уточняет, заглядывая мне в глаза.

Я неожиданно утыкаюсь ему в плечо и рыдаю. Не знаю, чего больше в этих слезах — радости, страха или отчаяния.

Меня разрывает изнутри.

Я боюсь за сестру. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда она позвонила. Я как раз обдумывала, не специально ли нас с Толиком свёл Ковен? Но я боюсь ехать к Верховной, не хочу знакомить её с Толей.

И у меня никогда ещё не было такого офигенного секса, а я сама всё порчу своими слезами. Мужчины не любят истеричек.

Господи-и-и, а вдруг Верховная сделает что-нибудь с Толей? Он же неправильный Видящий, а значит, без защиты СМАКа.

— Ну, К онфетка, что случилось? Давай поговорим, — доносится до меня голос Толи.

Но я качаю головой. Слёзы катятся по щекам. И мы некоторое время просто стоим обнимаемся возле его мотоцикла, на котором я до ужаса боюсь ехать, потому что это опасно. Я ныряю руками под его футболку, сцепляю ладони в замок.

— Эй, щекотно! — Толик смеётся, гладит меня по голове.