Книга Симфония мостовых на мою голову, страница 51 – Анна Рудианова

— Почему? — не унималась Ирка.

— Не люблю.

Хворь содрогнулся от воспоминаний.

Склизкие синие руки хватают и тянут в туннель, люди кричат беззвучно. От них не отбиться. В вагоне метро или на платформе они стоят обрубками своих душ, и страшен их вид, ведь они так похожи на людей. И огромная пасть размером с провал тоннеля раскрывается прямо навстречу поезду.

Даже чёрные тени не так ужасны, как существа, обитающие на дне метрополитена. Давид знал, что они не люди, то, что таилось в брюхе Питера, было по-настоящему адским.

Конечно же, Хворь ничего не рассказал Синицыной. Они просто поехали на троллейбусе, что не помешало Ирке радоваться поездке. Её реакция граничила с младенческим восторгом:

— Очуметь, я в жизни на рогатом не ездила! Я думала, их уже утилизировали все.

— Ты каждый день их на Литейном видишь, — Давид скептически приподнял бровь.

Пуховик Синицыной сегодня казался ещё ярче, его обтекали люди, ехавшие с ними в троллейбусе, будто боялись испачкать или помять. Хотя он и так был мятый, а по рукавам на манжетах и на воротнике Давид заметил тёмные разводы грязи.

Фиолетовые пряди отросли почти до плеч и завивались на кончиках. Цвет стал менее вызывающим, чем в начале учебного года, хоть глаза не выжигал.

Удивительно, как в таком ужасном прикиде Ирка умудрялась выглядеть красиво, а не смешно. Или Хворь просто привык к ней?

— Ты как с луны свалилась, — Давид подыскал место свободное, ехать им было минут сорок, не будет же Синицына стоять всё это время.

— А на что они похожи, эти призраки? — внезапно спросила Ирка.

Хворь напрягся, по спине мигом потёк холодный пот, забираясь под резинку трусов.

— Не сейчас, — Давид сверкнул линзами очков по сторонам.

Две бабульки перешёптывались, следя за каждым его движением. Мужчина подозрительно косился, а молодая мамочка с коляской вообще предпочла отъехать подальше.

И зачем он только согласился с ней? Зачем потащил к себе домой? План, заранее обречённый на неудачу. Да его же сейчас прямо из троллейбуса заберут на пару с Иркой!

— Ой, а у меня денег нет. Пошли отсюда, кондуктор! На следующем доедем! — нервный шёпот Синицыной долетал до Давида кусками.

Он с трудом переключился со своих переживаний на текущие проблемы. Почти обрадовался. К ним спешил кондуктор в яркой оранжевой жилетке. Точь-в-точь как толстовка Синицыной.

Отлично! Ирку высадят, он спокойно поедет домой. И ничего не было.

— Я заплачу, — услышал свой голос. — Ты всё-таки мне помогаешь.

Это точно он сказал? Не послышалось? ЗАЙН! Зачем?

Рука, остановись! Нет, он не будет платить за Синицыну. Пусть валит на хрен из троллейбуса и из его жизни! Ему не нужна помощь! Ни от неё, ни от кого-либо.

Только семье он может доверять, только они не сдадут его в больницу…

— Давид, зачем достал расчёску? — спросила Ира, нежно трогая его руку.

Хворь понял, что протянул в сторону уходящего кондуктора расчёску, выдохнул нервное «Зайн!» и поправил очки:

— Немного волнуюсь, — признался, пытаясь восстановить самообладание. Больше всего раздражало, что Синицына держалась за его локоть и мешала спрятать несчастную расчёску.

— Я же с тобой! Вот увидишь, я сумею договориться с любой тварью. Однажды я председателя ЖЭКа уговорила отремонтировать детскую площадку. Значит, и с твоими демонами договорюсь.