Онлайн книга «Шальная звезда Алёшки Розума»
|
Волоокий взор подёрнулся влажным туманом, а в голосе зазвучала такая мука, что Матеуш невольно ему посочувствовал. — Полно вам, Алексей Яковлевич, — он мягко потрепал безвольно упавшую на стол руку, — жизнь длинная, всякое может случиться… — Нет-нет, сударь, я знаю. Сердцем чувствую… — Он сжал зубы и тряхнул головой — лента, стягивающая волосы, соскользнула, и светло-русые кудри живописным каскадом рассыпались по плечам. — Скажите мне по правде… Как она? У неё… есть кто-нибудь? Последние слова он выдавил с усилием и поднял на Матеуша полные боли глаза. Тот с сочувствием, почти непритворным, покачал головой. — Я в конфидентах Её Высочества не состою, Алексей Яковлевич. Откуда ж мне знать этакие приватности? Но господин поверенный, месье Маньян, говорил, что Их Высочество уж скоро год, как в ипохондрии пребывают — ни в театр, ни на охоту не выезжают и у себя праздников затевать не изволят. Со мною они были ласковы и очень радовались, что могут эпистолу вам передать. Матеуш невольно усмехнулся про себя — вот ведь неисповедимы политические тропы: чистую правду сказал, ни словом не солгал. На лице собеседника промелькнула радость, но тут же померкла. — Лучше б она меня вовсе позабыла! Неужто тоже терзается, как и я? Бедная моя, бедная… И уронив голову на руки, он беззвучно заплакал. — Не отчаивайтесь, сударь! — Матеуш придвинулся к прапорщику вплотную, невольно морщась от густого винного духа, и произнёс шёпотом: — Любой человек в силах сам ковать своё счастье, надобно лишь осмелиться и взять судьбу за рога! — Господи, о чём вы… — выдохнул Шубин и сердито отёр со щёк слёзы. — Какое уж тут счастье… Кабы не была она царской дочерью, я б её выкрал, увёз и обвенчался с ней. А так… — Ну и обвенчайтесь! — Вы не представляете, о чём говорите… Её сей же момент отправят в монастырь, а меня на плаху. Никто не позволит цесаревне выйти замуж за простого дворянина. — Я слыхал, что сестрица государыни, царевна Прасковья Ивановна, была обвенчана с генералом Мамоновым. — Мамоновы от Рюрика произошли — древний, почтенный род, с ними и царской дочке венчаться не зазорно, — вздохнул собеседник. — И потом, — он понизил голос, — одно дело родная сестрица, убогая, болезная и покорная, ровно сенная девка, а вовсе другое — двоюродная, причём лишь наполовину, да к тому ж молодая красавица… Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку. — Можно быть быком и ждать, когда тебя отведут на скотобойню, а можно стать Прометеем и вырвать из рук Юпитера огонь! Шубин уставился на него в изумлении. — Бегите! Возьмите свою возлюбленную и скройтесь за границу! К примеру, во Францию. Я чаю, король Людовик сочувственно отнесётся к своей багрянородной сестре, лишённой трона, даст ей кров и стол, а вы храбрый офицер и сможете служить своей шпагой французской короне не хуже, нежели российской. Матеуш, напряжённо следивший за лицом Шубина, увидел, как вспыхнули его прекрасные глаза и резко побелело раскрасневшееся от вина лицо. — Я помогу вам, — тихо проговорил Матеуш. — Отвезу ей письмо, да и за границу, коли будет надобно, выехать пособлю. ---------------- [118] Сорт дорогого красного бургундского вина. * * * Матеуш не верил своим ушам. Вчера они с Шубиным составили целый план побега, обговорили детали, всё продумали и наметили. Бывший гвардеец сиял и словно крыльями над землёй плескал, всё мечтал вслух, как встретится с Елизаветой, да что скажет ей, да как они станут жить — он поступит наёмником в армию Его Величества и обязательно дослужится до полевого маршала… |