Книга Когда Шива уснёт, страница 205 – Ирина Валерина

— А… Шав? Её ты тоже любишь?

Аш ответил не раздумывая:

— Люблю. Эви — моё счастливое прошлое. Она бесконечно дорога мне, но я ничего не могу изменить. Шав дала мне настоящее. И… надеюсь, что и будущее моё будет связано с ней.

Кир подбросил на ладони огонёк. Он рассыпался на искры, которые взвились в воздух и обратились в птиц.

— Я тоже на это надеюсь. О новых детишках не думали, кстати?

Поймав смеющийся взгляд сына, Аш-Шер усмехнулся.

— Думали, конечно. Но пока не время. Сейчас на Зимаре будет жарко, сам понимаешь. Ломка многовекового уклада без жертв и потрясений не обойдётся. До проекта «Объединение» руки не сразу дойдут.

— Кстати, раз уж зашёл разговор — обрати внимание на Орса. Он отлично владеет ситуацией, я за ним весь вчерашний день наблюдал. В нём ни пустот, ни тёмных пятен нет. Цельный, принципиальный. Он справится.

Аш согласно кивнул:

— Да, временное правительство нужно сформировать в ближайшие часы. Орс будет представлять интересы элоков, так?

— Именно! — с энтузиазмом воскликнул Кир. — А ты — элиты. Ну, и Шав в стороне не останется, будет представлять интересы галм. Их нужно выводить из тени без промедления. Самое время ломать закосневшие традиции. Пока Совет пребывает в прострации, а сами элоимы — в шоке, можно многое переиначить и обойтись при этом малой кровью.

— Ну что ж, всё разумно распределил. Но кое-что существенное упустил. Чем займёшься ты?

Кир ответил не сразу. Аш, ощущая иррациональную тревогу, не торопил его.

— Мне нельзя оставаться. После инициации я представляю собой серьёзную опасность для реальности Зимара. Любое моё вмешательство способно обрушить существующий порядок вещей. Я беспрепятственно, без ограничений оперирую в системе Эл Хима, но не знаю и вряд ли гипотетическим путём смогу узнать, какое из моих действий запустит необратимый процесс, в результате которого, не справившись с энергоёмкостью запроса, схлопнется сама реальность нашего мира. А жить как обычный элоим… Мне просто-напросто не дадут. От меня теперь ждут чуда. Хорошего, плохого — не суть. Мне позволят быть любым богом. Поэтому я ухожу.

Он посмотрел на отца в упор. Во взгляде его странным образом сочетались отстранённость и решимость.

Аш ощутил, как перехватывает горло. Отвернулся в сторону, закашлялся, помолчал немного.

— Возвращаться будешь? — Голос его звучал глухо.

— По возможности. — Кир тоже говорил куда-то в сторону.

Они сидели на гальке, соприкасаясь боками и невольно обмениваясь теплом.

— Но ты же не только поэтому ушёл из подполья?

Шумно выдохнув, Кир вытянул затёкшую ногу и покачал по песку босой ступнёй.

— Не только… Понял кое-что.

— Что именно?

Кир поднял руку, ткнул пальцем в край зависшего светила, и оно незамедлительно ухнуло в воду, не произведя при этом ни малейшего шума. Следом на мир мягко свалилась тьма. Голос его в темноте звучал приглушённо, как будто шёл к слушателю на ощупь:

— Бог должен оставаться идеей, вот что. Крайне желательно — абстрактной. Иначе люди быстро превращаются в перчаточных кукол и ждут, когда ты наполнишь их силой, смыслом, откроешь глаза, задашь направление, расставишь на игровой доске, озвучишь правила, придумаешь им, шед побери, саму жизнь и проживёшь её за них! Я уже «поводил» некоторых: Тан-Дарка, Слак-Поца. Безымянных этих в Совете, которых спать уложил. Больше не хочу. Неправильно это. Какой бы ни был человек — гнилой, дурной, но у каждого свой путь и свой выбор. И ответственность за выбор — тоже своя. Ни отнять, ни прибавить. — Он замахнулся и забросил в дремотное море плоский камешек. Тот упал без всплеска. — Знаешь, лучшее, что Эл Хим сделал для нас, так это ушёл. Мы перестали быть вечными детьми бога, узнали смерть — и только она откроет нам глаза на жизнь.