Книга Мажор. Это фиаско, братан!, страница 52 – Айская

Пока мы с мамой «кусались». Тут дверь ванной открылась, и вышел Матвей. Теперь он был в джинсах и рубашке, застегнутой на все пуговицы, — образцовый студент, хоть сейчас на доску почета.

— Жанна Васильевна, простите за этот конфуз, — он заговорил мягко, уверенно, полностью игнорируя наше с мамой «сражение». — Дело в том, что у нас в университете сейчас идет очень сложный проект по макроэкономике. Мы с Настей делаем его совместно, препод поставил жёсткие сроки. И ещё за него нам автоматом оценку поставят.

Я замерла, уставившись на него, когда он подчеркнул слово совместно.

«Совместный проект по экономике? — вертелось в голове. — Какая к черту экономика?! Котовский, ты гений лжи или полный идиот?»

— Вчера мы закопались в таблицах, — продолжал этот патологический лжец, глядя маме прямо в глаза. — Было уже глубоко за полночь. Настя, как добрый товарищ, разрешила мне перекантоваться на полу. Видит бог, спать на ковре — сомнительное удовольствие для «мажоров», моя спина это подтверждает, но проект того стоит.

Мама перевела взгляд на букет цветов, сиротливо стоящий корзине.

— А это? — она кивнула на орхидеи. — Тоже часть учебного плана? И всё таки, почему ты был почти голый?

— Поверьте мне на слово, я просто принял душ, и не стал одеваться, чтобы не запачкать одежду, перед тем, как начать кулинарный поединок со сковородкой.

Матвей усмехнулся и бросил на меня быстрый, колючий взгляд:

— А цветы…. Я просто решил сделать Насте приятное. Сами знаете, Жанна Васильевна, она у вас вечно ходит с таким... недовольным лицом, вся в боксе и учебе. Я подумал, что капля эстетики заставит её хоть раз улыбнуться.

В этом его взгляде я отчетливо прочитала напоминание о его сделке:

«Ну что, Макаркина, готова притворяться моей девушкой перед всем универом? Ловушка захлопнулась».

Я ответила ему взглядом, полным яда:

«Даже не мечтай, Котовский. Я тебе этого не прощу».

— Проект? Совместный? — я переспросила его, пытаясь подать сигнал, что он несет полную чушь и что этого не будет.

— Ну да, Насть, ты чего? Тот самый, про инвестиции в развивающиеся рынки. Мы теперь... плотно сотрудничаем. У тебя, что от вчерашних таблиц память пропала, — Матвей посмотрел на маму с такой честной миной, что я сама почти поверила в этот бред. — Жанна Васильевна, вы же не думаете, что мы бы с Настей стали рисковать вашим с отцом счастьем, ради нашей… недолгой слабости?

Мама долго молчала, изучая нас обоих. Она всё еще сомневалась, но версия с учебой явно была для неё куда более приемлемой, чем «шашни в квартире».

— Значит проект... — она наконец опустила сумки. — Но в следующий раз, Матвей, будь любезен одеваться до того, как откроется дверь.

— Полностью согласен! — подхватил он, мгновенно сокращая дистанцию и подхватывая её сумки. — И знаете что? После такой ночи над учебниками я бы душу продал за нормальную еду. У вас там, кажется, что-то домашнее и вкусное?

Мама, чье сердце всегда таяло от комплиментов её кулинарии, тут же оттаяла.

— Жанна Васильевна, я надеюсь вы отцу не расскажете, об этой дурацкой и неловкой ситуации?

— Пойдемте на кухню, накормлю вас как следует, — улыбнулась мама и пошла в сторону кухни.

Они ушли. Я слышала их приглушенные голоса и смех Матвея, который уже вовсю очаровывал мою мать.