Книга Мажор. Это фиаско, братан!, страница 95 – Айская

— Ну давай, плакса, — бросил он, когда мы сошлись в центре. — Постарайся не залить ринг слезами, а то поскользнемся. Что, Матвейка не пришел тебя поддержать? Бедняжка...

— Бокс! — рявкнул Шут.

«Рыжий» начал кружить, выбрасывая легкие, издевательские джебы. Он, что-то бормотал мне издевательским смехом, про мою неуклюжесть сейчас, про то что, я сегодня больше похожа на психа, который сбежал из психушки, но мозг был полностью затуманен и я слышала, абсолютно другое:

— Что, Насть, обидно? — шептал он, уклоняясь от моего замаха. — Ты думала, ты особенная? Да ты для него просто контент. Весь универ теперь обсуждает, какая ты... податливая. Ты думала, он на тебе женится?

В этот момент в моей голове опять вспыхнули комментарии из чата: «Легкая добыча», «Котовский — мастер», «Смотрите, как она стонет».

Внутри меня взорвалась сверхновая. Я перестала слышать зал. Перестала чувствовать правила. Перед глазами стоял не «Рыжий». Передо мной стоял Матвей. Его идеальное, лживое лицо и слова о своей любви. Я нырнула под его левый хук. Мой кулак всадился ему в печень с такой силой, что «Рыжий» издал звук, похожий на свист лопнувшей шины. Он согнулся, и я, забыв про всё, схватила его за затылок.

— Сдохни! Ненавижу. Ненавижу! — закричала я, вкладывая в этот крик всю свою боль.

Я всадила колено ему прямо в лицо. Раздался отчетливый, тошнотворный хруст ломающегося носа. «Рыжий» попытался оттолкнуть меня, но я была как одержимая. Наносила удар за ударом. Левый боковой — в висок. Правый апперкот — в челюсть. Я била локтями, я била наотмашь, вкладывая в каждый удар всё своё унижение.

— Настя, хватит! — заорал «Шут», но я не слышала.

Я всадила еще один прямой удар точно в рот «Рыжему». Белый осколок зуба вместе с брызгами крови вылетел на настил ринга. «Рыжий» рухнул на колени, закрывая лицо руками, из-под которых хлестала густая кровь.

— Настя, стой! — «Танк» перемахнул через канаты и обхватил меня сзади, буквально отрывая от избитого «Рыжего». — Приди в себя! Ты что творишь?! Настя! Ты его сейчас до смерти изобьёшь!

Он тряхнул меня так, что зубы клацнули. Я замерла, тяжело дыша. Пелена ярости начала медленно спадать. Я посмотрела вниз. «Рыжий» сидел на полу, его шлем был залит кровью, он стонал, раскачиваясь из стороны в сторону. Шут и еще один парень подскочили к нему, пытаясь помочь встать.

— Бля, Настя... ты ему нос в кашу превратила, — прошептал «Шут», глядя на меня с ужасом.

Я застыла. Мои перчатки были в крови. Чужой крови. Взгляд упал на «Рыжего», который едва держался на ногах, сплевывая кровь на настил.

— Прости... прости, «Рыжий...» — тихо, почти неслышно прошептала.

Я развернулась и, не снимая перчаток, выскочила из ринга. Вбежала в раздевалку, чувствуя, как новая волна слез — теперь уже не от ярости, а от ужаса перед самой собой — накрывает меня с головой.

Настя..

Я срывала перчатки так яростно, что едва не вывихнула пальцы. Липкая, уже подсыхающая кровь Рыжего на перчатках казалась мне клеймом позора. Включила кран на полную мощь и подставила руки под ледяную струю, чтобы хоть как-то прийти в себя. Плеснула водой в лицо, пытаясь смыть не только пот, но и то омерзительное чувство, которое жгло меня изнутри.

Но вода не помогала.

Я зажмурилась, и перед глазами снова поплыли титры того видео. Громко всхлипнула, и этот звук перерос в неконтролируемое рыдание. Ноги подкосились, и я медленно сползла по холодной кафельной стене, обхватив колени руками.