Книга В объятьях тьмы, страница 47 – Сара Адам

От его слов по всему телу пробегают мурашки. Осталось чуть-чуть, и румянец проступит на щеках. Еще никогда. Никогда я не ощущала себя такой уязвимой рядом с мужчиной.

— С-спасибо, — отвечаю неловко, закусывая нижнюю губу. — Когда я сказала, что оно мне не нравится, я соврала.

Демид ухмыляется, крепче сжимая мою талию, а затем наклоняется ближе к моему лицу.

— Знаю, Ева, — бросает коротко, а его взгляд опускается на мои губы.

Мой рот непроизвольно приоткрывается на судорожном вдохе, от того, что расстояние между нами сокращается на миллиметры. Тело моментально прошибает током током.

— Кажется… — почистив горло, еле проговариваю я, — кажется, песня закончилась.

В мужских глазах, что-то ощутимо меняется и Демид отстраняется, отпуская меня.

— Я сейчас всё уберу, — сообщаю суетливо, выдергивая руку из его ладони и отскакиваю на несколько шагов, как ошпаренная.

Идиотка! Какая же идиотка!

А ты допустила мысль, Ева… Подумала, что поцелует! А сама взяла и все испортила.

Смущение и бурлящий коктейль эмоций под кожей заставляют меня захотеть провалиться сквозь землю. Черт, соберись немедленно!

— Не нужно, — чеканит Волк, и я вздрагиваю от его холодного тона, будто слышу этот голос впервые. — Ты собираешь вещи и уезжаешь.

До сознания с трудом доходит смысл услышанного. Приоткрыв рот от удивления, уставляюсь на стоящего напротив мужчину.

— Подождите… В каком смысле уезжаю?

— Водитель приедет за тобой через пятнадцать минут, — на этом, Демид разворачивает и уходит прочь, пока я буравлю его удаляющийся силуэт.

Слова Волка с трудом складываются в единый пазл в голове, и я, наконец, понимаю, что он имел в виду.

Я свободна?.. Он отпускает меня?

Он… отпускает?

Стоя на одном месте в немом шоке, я не сразу принимаю весь спектр обрушившихся на меня эмоций.

Неописуемая радость, нереальное облегчение и самое настоящее счастье.

Сегодня я увижу маму! Сегодня закончится весь это ад! Неужели, это правда?

26

Четыре недели спустя

Ева

Небольшое помещение, чем-то отдалённо напоминающее школьный кабинет, только с выцветшими стенами, до краёв заполнено наивными детскими голосами. Летний солнечный свет щедро заливает пространство, сквозь большие деревянные окна.

Малыши пяти – шести лет, сидят за небольшими повидавшими жизнь коричневыми партами, с интересом и горящими глазами рассматривая разложенные перед ними предметы для рисования. Своими маленькими ручками они листают пока ещё пустые белые странички альбома, перебирают цветные карандаши, кто-то даже осмеливается открыть крышку набора акварели, мазнув по ней пальчиком, а некоторые принимаются мазюкать мелками.

— Как насчёт нарисовать ваше любимое животное? — стоя около доски, с щемящим сердцем, пытаюсь перенять внимание ребятни на себя, после небольшого знакомства.

Периодически наша частная художественная школа даёт благотворительные уроки рисования, для детей-сирот. Сегодня, в один из детских домов впервые отправили меня. Я знала, что это морально будет тяжело, но не представляла насколько...

— А можно я дракона нарисую? — резво интересуется рыжий мальчуган с веснушками на всё лицо.

— Конечно, — тепло улыбнувшись, одобрительно киваю головой. — Уверена, у тебя получится очень красивый дракон!

На уроке находится около десяти учеников, но все они такие разные и уникальные. С веснушками, с большими глазками полными надежды. У девочек заплетены красивые длинные косы. У мальчиков симпатичные короткие стрижки. Детки аккуратные, ухоженные, но необъяснимая грусть и тоска отчётливо читается на их лицах.