Книга В объятьях тьмы, страница 48 – Сара Адам

— А я нарисую бабочку! — горделиво сообщает светленькая девочка с первой парты.

— Отличный выбор, — подмигиваю малышке, а у неё от счастья загораются глаза. — Уже решила, какого цвета она будет?

— А я нарисую собаку! — кричит голубоглазый мальчик.

— А я кошку! — добавляет девчушка с двумя длинными русыми косичками.

Дети принимаются на перебой сообщать кто и кого будет рисовать, ожидая моей реакции и ответа. Определившись с выбором, я объясняю, как смешивать цвета, для получения новых оттенков. Рассказываю про такие техники рисования, как акварель, гуашь, пастель и карандаш, чтобы они могли выбрать для себя любой понравившийся вариант.

Ребята о чём-то шепчутся между собой, обсуждают, хихикают и, наконец, начинают рисовать. А я в это время неспешно хожу между рядами, подглядывая за творческим процессом. Детки настолько увлечены, что, не обращают ни на кого внимания, пыхтя переносят свою фантазию на белый лист.

— А потом мы добавим немного волшебства вашим рисункам, — потрепав непослушные волосы одного из мальчишек, рисующего слона с большими длинными ушами, произношу для всех. — Раскрасим их, сделав цветными, договорились?

— Да-а-а! — с радостью, отвечают хором.

Смотря на малышей, в груди, что-то ощутимо щемит. Они все такие искренние и открытые, ласковые и жаждущие внимания.

Как родители могли оставить этих прекрасных созданий? О чём они думали в тот момент? Что могло произойти, чтоб человек решился оставить родную кровинушку?

А твой отец, Ев? Он, что ли лучше?

Подойдя к последней парте, за которой в одиночестве сидит светленькая девочка с изумрудного цвета глазками, не могу не сдержать восторга. Такая она красивая, будто сказочная!

— Привет, — останавливаюсь около неё. — Не против, если я с тобой присяду?

— Нет, — растерянно подняв голову, тихонько отвечает куколка.

— А ты у нас София, да? — перебрав в голове приветственное знакомство, вспоминаю имя.

— Да... Я София, — подтверждает, как-то не особо уверенно, продолжая аккуратно водить чёрным карандашом.

— Кто у тебя там? — пытаюсь разглядеть за прикрытой ладошкой рисунок, но юная художница старательно прячет творение. — Можно посмотреть?

Подняв зелёные глаза, обрамлённые густыми ресничками, София с минуту колеблется, принимая решение: показывать или нет?

Наконец она опускает руку на парту, подталкивая ко мне альбом.

— Это?.. — сглотнув вязкую слюну, пытаюсь вернуть себе самообладание и не впасть в коматозное состояние, смотря на изображение.

— Это волк, — звучит мягкий девчачий голос.

— Волк... — повторяю почему-то вслух, пока память услужливо переносит меня на месяц назад, в логово Зверя...

«Ты собираешь вещи и уезжаешь. Водитель приедет за тобой через пятнадцать минут.» — низкий баритон Демида всплывает в голове и по телу мигом пробегает табун колючих мурашек.

В тот вечер он и правда отпустил меня. Вернул сотовый телефон и выпустил из логова.

Я не могла поверить собственным ушам! Но, когда Волк дал указания и нифига не добавив, развернулся и тупо ушёл, осознала всю степень реальности происходящего. Это означало одно: я на самом деле свободна.

На ватных ногах я поднялась в отведённую комнату и дрожащими руками сняла с себя проклятое платье, швырнув его на кровать. На душе творился самый настоящий раздрай, щёки горели, но я списывала это на выпитый алкоголь. Вернуться домой в рваных джинсах я не могла, поэтому вынуждено позаимствовала из купленного Демидом шмотья. Надела свободного кроя брюки с футболкой.