Книга В объятьях тьмы, страница 55 – Сара Адам

— Пятиминутка у них сейчас, милочка, — произносит пожилая женщина, бросив мокрую тряпку на пол. — Сейчас обход будет, Владислав Палыч зайдёт.

— А… Хорошо, — кутаясь в свой лёгкий кардиган, отступаю назад, чтобы не мешать женщине мыть пол, и возвращаюсь в палату, ожидая визита врача.

Спустя пять минут дверь открывается, и я вскакиваю с места, в надежде, что это доктор, но вижу Машу, входящую с пакетом продуктов.

— Выспалась? — спрашивает сестра. Пересекая помещение она ставит пакет на пол, после чего принимается разбирать его.

— Выспишься тут. Врача нашего не видела? — обеспокоено спрашиваю я, взглянув на спящую маму.

— Нет, — тихо шипит она, — и тебя бы не видела!

— Маша, — предостерегаю, не желая ввязываться в скандал. — Хватит.

— А что хватит? — громким шёпотом возражает Маша. — Из-за кого мама в больнице оказалась, из-за меня, что ли?

— Нечего было орать, как резаная, про моё отчисление! — отвечаю на выпад, повышая голос. — Наоралась?

— Лучше заткнись, Ева! — бросает, подняв гневный взгляд.

— Нет, это ты заткнись! — подхожу к ней ближе. — Лучше бы ты вообще не приезжала! Из-за тебя одни проблемы!

— Ты… — лицо сестры багровеет от злости.

Продолжить разрастающийся скандал, не даёт звук скрипящих петель.

— Доброе утро, — в палату входит врач, забиравший вчера маму в реанимацию.

— Здравствуйте! — в унисон отвечаем с сестрой. Чувствую, как сердце ускоряется в разы сильнее при виде доктора.

— Нам нужно поговорить, — сообщает он с серьёзным выражением лицо и кивает на дверь в сторону коридора.

Без раздумий мы с Машей выходим следом за высокой фигурой. Внутри всё сжимается от накатывающего волнения. Не дождавшись, когда врач начнёт говорить, нетерпеливо задаю вопрос.

— Что с мамой? — наверное, глупо об этом спрашивать, учитывая её диагноз...

— Состояние вашей матери весьма критическое, — начинает доктор, осматривая каждую из нас по очереди. — Острая сердечная недостаточность, вызванная нарушением функции миокарда. Мы предприняли все возможные меры для стабилизации её состояния, но без срочной операции по пересадке сердца, шансы на летальный исход крайне высоки.

Врач произносит эти слова спокойно, я бы даже сказала холодно, а меня от услышанного бросает в лихорадочный жар. В порыве, прикрываю рот ладонью, сдерживая вырывающийся наружу вой от отчаяния.

— Подождите, но всё же было нормально, — вступает в диалог Маша. — Было ещё достаточно времени до операции. Нам обещали несколько лет! Вы как вообще здесь все работаете? Сегодня одно говорите, завтра другое! Вы издеваетесь над нами?! По – вашему здоровье – это шутки?! — сестра превращается в бешеную фурию, готовую стереть всех вокруг.

Мария орёт на весь этаж о том, что разнесёт Министерство здравоохранения, за то, что врачи дотянули до критической ситуации, давая ложные надежды. Обещает засудить всех вокруг если с мамой, что-то произойдёт, и она не выйдет своими ногами из проклятой больницы. И где-то в глубине души, я хочу сделать то же самое, если бы не ступор, парализовавший моё тело.

— К сожалению, прогрессирование заболевания может быть стремительным и непредсказуемым, — не обращая внимание на истерику Маши, произносит доктор, вбивая каждым словом ржавый гвоздь в мою грудную клетку. Думаю, он ежедневно сталкивается с подобными нам родственниками больных и имеет иммунитет на истерики. — Что решили по поводу операции? Я созвонился с клиникой в Германии, адрес которой я вам давал в прошлом году. Они готовы вас принять в экстренном режиме.