Книга Ломая запреты, страница 54 – Сара Адам

Против вали лицо бати перед фейсом появилось, мол, не твори дичь, Руслан, ты и так знатно нахуевертил.

Пришлось успокаиваться мыслью, что Лиза чужая невеста, и меня вообще ебать не должно, с кем и чем она занимается. Однако сказать проще,чем сделать.

Уехать я не смог, остался и, как маньяк редкостный, палил девчонку. Немного расслабился, увидев рядом с ней рыжего дружка. Не думал, что подобное озарение однажды придёт, но Егору, в отличие от себя и стервятников вокруг, Астахову доверить можно. Правда, не долго музыка играла, не долго расслабон мой длился. Сладкой парочке захотелось сыграть во взрослые игры.

Сидящая на коленях Ксюха смягчала ситуацию. Она единственная женщина из окружения, которая не попадёт в мою койку. Познакомились мы года три назад, Назар привёл её в компанию как свою пассию. Они быстро разбежались, но Ксюша по-прежнему осталась в числе братанов.

Девчонка любит в шутку пофлиртовать и во время дебильной игры пришлось подыграть назло той, что сидела неподалёку. Тем более спутница моя была в курсе, кто такая Лиза.

Но всё зашло слишком далеко, и я перестал контролировать процесс.

«— С кем и когда у тебя был в последний раз секс?

— С женихом. Вчера вечером.»

Она произнесла это дерьмо, бесстыдносмотря в мои глаза. В моменте аж представил, как мучительно убиваю Шведова.

Адекватная часть меня боролась с другой, неподдающейся контролю, и пыталась достучаться: Лиза пиздит. Слишком хорошо ты её знаешь, Князев, понимаешь, что врёт.

Нужно ли рассказывать, как съехал мой чердак из-за того, что они поднялись наверх? Минуты на принятие, что Кудрявая реально собралась трахаться с другим, находясь в одном доме со мной, а дальше всё, как в тумане.

Никто кроме меня к ней не прикоснётся. Ни одна живая тварь.

Похоть и собственнический инстинкт отключили здравый смысл. Я ломился в спальню с одной единственной целью: сгрести её в охапку и хорошенько оттрахать, выбив всю спесь из стервы. И плевать, что она думает по этому поводу. Я решил за нас обоих.

От вида обнажённого девичьего тела внутри чё-то щёлкнуло, будто впервые раздел Кудрявую. Я не был нежен, но её хрупкость торкнула жёстко. Это был первый толчок.

Второй, когда услышал томные стоны моей девочки, пока она кончала от пальцев в её сладкой киске. Сам чуть не кончил в штаны от этих звуков. Яйца готовы были лопнуть, настолько хотел оказаться поскорее в ней.

А когда Кудрявая начала плакать из-за моего ебанутого поведения и попытки взять силой,преграды, установки, убеждения – всё полетело к чертям собачьим. Злость, взращиваемая мною месяцами, испарилась. Видеть Лизу плачущей по моей вине было невыносимо. Это оказалосьтретьим и решающим толчком, подводящим к точке невозврата. Какой же я конченый гандон.

Самое главное, в чем убедился окончательно: всё более чем взаимно. Это чёртово помешательство друг на друге не оставит в покое ни одного из нас. И как бы сильно Лиза не пыталась играть роль равнодушной холодной суки, которая изменяет жениху, меня она не убедила.

Войдя каменным членом в её узкую дырочку, окончательно убедился в том, что Кудряваяпиздит. Не было у неё никого. Я один. Голову на отсечение даю.

Девка, ведущая активную половую жизнь, не трясётся, как осиновый лист на ветру от вида эрегированного члена. Не отводит стеснительно взгляд. Не ловит жадно воздух, справляясь с эмоциями, от члена, растягивающего её стенки. Лиза вела себя и зажималась ровно так же, как и в день лишения девственности.