Книга Измена под бой курантов, страница 42 – Ирина Манаева

Кораблёв разрушил мой мир, а я кромсаю мир своего ребёнка. Слёзы вырвались наружу от этих мыслей. Я хотела линчевать себя за то, что стала палачом для собственной дочери. Ну почему? Ну зачем мне нужно было всё портить именно сейчас?

Доверилась отцу. Я и так сделала всё, чтобы на меня злилась дочь. Взяла пакет, отправляясь на кухню и размазывая слёзы. Хоть и голодная, но кусок в горло теперь не полезет. Разложила имеющееся и потрогала чайник. Горячий. Разлила по кружкам и открыла торт.

Белоснежный, присыпанный кокосовой стружкой и тёмным шоколадом. Занеся нож над десертом, я решила попросить сделать это Ланку. Всё же торт предназначался для неё. Успокоилась, стерев остатки влаги с лица.

Заглянув в комнату, увидела дочку на коленях отца. Она смотрела мультик, пока дедушка ласково гладил её по голове.

— Лан, там тебе один мой знакомый подарок передал.

— Какой? — тут же спросила Ланка, но вспомнила, что дуется, и прикусила губу.

— Сама посмотри, — сказала я ласково, усаживаясь рядом. Отец прикрутил звук мультфильма, перенеся внучку на диван. Я всегда удивлялась: откуда он знал, что делать в какой-то момент? Он уходил, когда требовалось, и всегда появлялся, когда ты в нём нуждался. Просто волшебник какой-то.

Ланка скрестила руки на груди, подражая взрослым, и насупила брови.

— Я не хотела, — протянула к ней руку, но она дёрнула плечиком. — Давай поступим так. Сначала съедим вкусный торт, а потом поговорим, как взрослые, хорошо?

Слова возымели нужный эффект. Дети такие сладкоежки, но, мне кажется, что Ланка может съесть весь торт целиком в одиночку. Назаров будто знал, что мне потребуется сладкий подкуп.

— Хорошо, — не переставала она хмуриться. Слезла с дивана, отправляясь на кухню.

— Это передал папа? — спросила, смотря на торт.

— Нет, папа в больнице, — честно ответила. — Немного полежит, и его выпишут. Если хочешь, послезавтра можем навестить его вместе.

— Хочу, — уверенно кивнула Ланка, усаживаясь на стул.

Отец сам разделил на части торт, разложив по тарелкам. Постарел он всё же, но такое же верное плечо.

Мои глаза искрились благодарностью, когда он нарвался на мой взгляд.

— Тебе привет от Назарова, — сказала, подперев лицо рукой. — Помнишь такого?

Пыталась прочитать на его лице эмоции, вызванные именем, но он не дал такой возможности. Ни один мускул не дрогнул.

— Это где ты его видела?

— Он оперировал Кораблёва.

Теперь отец подкинул брови.

— Да, я сама удивилась, — кивнула, отламывая часть торта. — Банальное совпадение.

— Выходит, хирург теперь?

— Да, вроде, хороший.

— Женат?

— Вдовец.

Отец покачал головой, отправляя в рот десерт и кивая сам себе, будто с чем-то соглашался. Наверное, в этот момент он вспомнил мать.

— Вкусно? — обратилась я к Ланке, уплетавшей торт за обе щёки.

— Вкусно, — отозвалась, расплываясь в улыбке. Кажется, подкуп работал, как надо.

— Ему тоже привет передавай, — продолжил отец.

— Если встречу, — согласилась. — Я завтра на квартиру поеду, надо вещи собрать. Мы тогда зал займём?

— Прямо всё решила?

— Пап, пожалуйста, — смотрела не него просяще. Самой нелегко быть локомотивом, за которым идут вагоны. А, если тебя тормозят, сбивают с ориентиров, вообще тяжко. Хочется всё бросить и плыть по течению.

— Просто спрашиваю.

— Я не вернусь к Кораблёву!