Книга Измена. Я сильнее боли, страница 77 – Ирина Манаева

— Юсупове? — она задумывается. — Мы с Жанкой не то, что подруги, так, знакомые. Давно уже не виделись, она постарше, а вот Даниил ровесник наш. Что я о нём помню? Карате занимался, мы даже как-то на соревнования к нему приходили. Плаваньем, вроде. Если честно, вообще не поняла, как он у вас оказался.

— А почему запретила приближаться ко мне?

— Да гадости он всегда делал, розыгрыши. Просто на всякий случай предупредила. Знаешь, как считаю. Отношения стоит начинать, когда завершены предыдущие, иначе ты просто запутаешься. Чувствуешь ты к человеку что-то, или же это банальный побег от произошедшего. Тебе плохо, вот и пытаешься найти замену. Хоть какую-то. И попадаешь в сети заблуждений. Нет, я не утверждаю, что у всех так, что о тебе речь. Я в общем.

— Ты права, отношения мне ни к чему.

— Но я не настаиваю, — выставила в мою сторону палец Милка. — Да уж. Учу тебя, когда у самой в жизни полная жопа.

— Ночуешь? — снова предлагаю, и она кивает.

— В любом случае придётся оставлять машину и ехать на такси. А потом завтра обратно.

— Я рада, что ты у меня есть.

— Взаимно.

Телефон Милки дзинькнул, и она тут же полезла проверять сообщение.

— Это он? — поинтересовалась я, поднимаясь с места, чтобы найти для неё постельное бельё.

Она долго читает, прежде чем ответить, а потом откладывает телефон, берёт диванную подушку в объятия и продолжает молчать. Выхожу из комнаты, занимаясь делами, у каждого должно быть личное пространство. Она была тактичной со мной, я буду такой же. Когда возвращаюсь, Милка всё же произносит.

— Она умерла, — смотрит себе на руки, и я не знаю, что именно чувствует в тот момент. Боль, горечь, облегчение?

— Его жена? — уточняю, чтобы не было путаницы, и Милка еле заметно кивает.

Я не знаю девушку, но отчего-то наворачиваются слёзы. На её месте мог быть любой другой человек. Например, я. И понимаю, что стану ценить каждый прожитый день и благодарить Бога за то, что жива, что имею здоровье, родных, работу, друзей. За то, что могу просто почувствовать радость от выпитого кофе или просмотренного фильма. От того, что ветер путается в волосах или звучит любимая мелодия. Благодарность за жизнь, которую дала мать, и которую следует прожить правильно.

Утром открываю глаза, и первое, что звучит в голове: она умерла. Я решила начать всё с чистого листа. Убрать обиды, отпустить прошлую жизнь, именно поэтому, когда провожаю Милку, звоню Уварову, чтобы уточнить, куда именно его вчера отвезли. Намереваюсь поехать и забрать заявление, не для него, для себя. Внезапно поняла, что не на то тратим свои жизни.

— Надо же, — усмехается в трубку, будто я приползла к нему на коленях умолять о прощении. — Кира собственной персоной.

— Если не способен говорить спокойно, я положу трубку и больше никогда не наберу тебя. Заткнись, Уваров, пока я не передумала.

— Ты мне рот не затыкай! — тут же отвечает, и я слышу, как втягивает воздух. Неужели, пагубная привычка вернулась снова? Он так сложно завязывал с курением, но удалось. Сейчас, понимаю, пошёл во все тяжкие. — Чего звонишь?

— В какое отделение тебя отвезли вчера?

— Тебе зачем?

— Можешь не задавать вопросов? — не хочу вводить в курс дела, пусть узнает не от меня, но вряд ли получится, он слишком любопытен.