Книга Измена. Бумеранг для любовницы, страница 75 – Ирина Манаева

— Он бьёт и ребёнка?

— Нет, - качает головой Стас. - Но достаточно того, что он поднимает руку на Леру. Думаешь, Алисия не видит этого? Я хотел помочь им уйти. И в то утро забрал девочку и посадил их на поезд.

— Ты ненормальный, - качаю головой. - Это же Алиев! - смотрю на него, как на идиота.

— Это моя сестра, Мия! - говорит с нажимом, - и я хочу ей помочь.

— Ценой собственной жизни? - хмыкаю, чувствую, как закипаю. Он лезет туда, откуда нет возврата. - Однажды эта семья тебя похоронила. Хочешь, чтобы теперь всё было по-настоящему?

— Это моя сестра, - повторяет как мантру.

— Как-то она не торопилась помогать тебе! - напоминаю.

— Но она не уехала. Она вернулась.

— Потому что испугалась.

— Да. За меня!

Он непробиваем. А я тоже не знаю, что творится у неё в голове.

— Ты стала злопамятной, - говорит Малышев с грустью.

— Я стала другой! Забудь ту идиотку, которая тебя любила.

Наступает тишина, только слышно, как щёлкает поворотник, и машина начинает снижать скорость, чтобы остановиться на аварийках в неположенном месте. Мимо пролетают другие авто, каждая спешит по своим делам. Как много людей, как много судеб.

— Поехали! - не желаю встречаться с ним взглядом.

— Мия, - он касается моей щеки, и я убираю лицо. Палец достаёт шеи, и снова отодвигаюсь.

— Можешь меня не трогать? - прошу или молю, сама не разобралась в интонации. Тот случай, когда и приятно и отвратительно в одном флаконе.

— Я тебе противен? - спрашивает без обиды.

— Да! - говорю, не задумываясь. Иначе начну тянуть, он решит, что имеет все шансы. - Поехали, Стас! - настаиваю. - Я же не просто так здесь сижу!

Злюсь на него, на себя, на то, что вообще что-то чувствую спустя столько лет. Что снова внутри поднимается волна, которая бьётся в выстроенную некогда плотину. Но что, если она сильнее и разрушит то, что строилось годами?

— Я тебе противен? - повторяет, приближаясь лицом к моему лицу. - Пожалуйста, скажи мне это, глядя в глаза!

На секунду замираю, настраиваясь на ложь, а потом выполняю его просьбу.

— Ты лжёшь! - тихо шепчет после того, как я произношу слова вновь.

— Ты слишком самоуверен, - буравлю его глазами.

— Или ты пытаешься меня обмануть.

— Зачем? - делаю вид, что мне вообще всё равно.

— Потому что я мудак, - его лоб прижимается к моему, а слова звучат пронзительно, будто он и сам в них верит. - Мия, я не могу тебя забыть. Я старался отпустить, потому что моя семья виновата перед тобой. И я готов был жить призраком в стороне, пока не случилось всё дерьмо.

— Потому ты решил сделать мою жизнь ещё более невыносимой? - кривлю губы, чувствуя себя неимоверно усталой. - Поехали, Стас, по…

Но он не даёт договорить, накрывая моя губы своими, и меня бьёт под 220. Никогда не совала пальцы в розетку, но такое ощущение, что это именно то. Поцелуй робкий, будто первый и неумелый, а я истукан, не понимающий: оттолкнуть его или ответить.

Заставляю себя сделать толчок, и на лицо Малышева летит пощёчина. Что-то последнее время я зачастила с рыбами. Только это его не останавливает. Он обхватывает рукой мою голову, прижимая губы к своим, и на этот раз поцелуй призывный.

Вторая пощечина тоже сильнее и звонче.

Только в сказках всегда троица, а Стас любит народные предания. Может, считает себя этаким удальцом, который завоюет принцессу?