Книга Мой бывший. Mi Ex, страница 48 – Яна Ланская

А потом она гордо вернулась с редким попугаем, вывоз которых запрещен. А ей был разрешён. Личным постановлением…

Затем моя сестра, разрушившая семью ради венесуэльца, который младше её на десять лет.

Она потрясла тогда всех. Если бы он был как Родриго, я бы, может, и поняла её, но нет. Её Серхио не обладал ни красотой, ни умом, ни богатством. Никакой.

Бабушка назвала его «серым мужиком и примаком», и так оно и было.

Я тогда приняла сторону её мужа, за что сестра на эмоциях макнула меня в грязь и рассказала родителям об истинной причине расставания с Родриго.

Благо, мозги у неё встали на место через пару лет, но было поздно.

— Мамуль, пойдём кофе пить, и я бы перекусила.

Мама обнимает, целует меня и начинает кружить вокруг меня с заботой.

— Ну, рассказывай.

— На балу я встретила Родриго и поняла, что до сих пор его люблю. А он всё это время любил и ждал меня, — показываю маме руку с другим кольцом.

Мама истинная женщина и сначала с интересом рассматривает изделие, и вижу, что одобряет.

— И что ты будешь делать?

— Ну как что? Поговорю с Глебом и всё отменю.

— И что, ты бросишь своего Глебусю из-за этого чико?

— Нет, мам, не из-за Родриго. В первую очередь я ухожу от Глеба. Я в любом случае бы я от него ушла. Родриго просто подсветил мне наши проблемы.

— Он тебя не отпустит…

— Отпустит, мам. У нас давно не те отношения, что были раньше. Живём, как родственники.

— В плане?

— В прямом, мамуль, — мне жутко неловко обсуждать с мамой такой деликатный вопрос, но понимаю, что это необходимо, — мы не спим с его операции. А до неё… всё было тоже весьма печально.

— Он тебе изменяет? — мама в шоке.

— Нет, он импотент. Полагаю, стероиды имеют такой эффект. А сколько он препаратов пил до операции.

— Тоня, то есть ты бросаешь своего Бусю из-за его проблем со здоровьем? Он же может вылечиться!

— Мам, хотел бы, вылечился. У него было более чем достаточно времени. И к твоему сведению, свою женщину можно удовлетворить разными способами.

— Тоня!

— Мам, ну не начинай. Я не маленькая. Говорю, как есть.

— Так, мне надо покурить, — вздыхает мама.

— Я с тобой!

Мама смотрит на меня с осуждением, но молчит.

У нас сегодня день открытий. Чрезмерно взрослый разговор, можно и покурить мне, полагаю.

— И что вы все находите в этих латинос, — выдыхает мама дым тонкой струйкой, — хотя, кажется, догадываюсь.

Я прыскаю от смеха.

— Это тоже, мам, но нет. Родриго… Мы просто соулмейты. У нас душевная близость. Знаешь, он будто создан под меня. В нём всё, до малейшего штриха, так, как нравится мне. Каждое его движение, слово, тон, мимика. А самое главное — действия и поступки. Его вкус, его предпочтения, размышления, всё по мне. Понимаешь?

— Тонь, ну он же… не хочу даже говорить.

— Нет, мам. Это в прошлом. Я забыла, и ты забудь. Да, он был в браке. И не раз. Не более. Хорошо?

— Тоня, Тоня…

— Мам, он приедет, и ты сама всё поймёшь.

— Да я уже понимаю. Прекрасно понимаю. Но как же твои Савушка с Мишуткой переживут ваш разрыв?

— Как-нибудь, мам. Честно, мне их больнее бросать, чем Глеба. Но я же не за них замуж выхожу в конце концов.

Сижу на нашей кровати и смотрю на пустые полки гардеробной.

Я поступаю самым подлым образом — просто бегу.

Когда я собирала вещи, осознала, что не смогу, глядя ему в глаза, уйти.