Книга Измена. Ты разбил мне сердце, страница 40 – Нина Авсинова

— Кирилл, я сегодня весь вечер думала, говорить тебе или нет, но решила, что ты должен знать. — Она поворачивается ко мне, смотрит прямо в глаза. — Макар не твой сын.

Мир вокруг останавливается.

Я смотрю на неё, не понимая, не веря услышанному. Слова доходят медленно, по одному, как удары молотка.

Макар. Не. Мой. Сын.

— Что? — только и могу выдавить. — Как не мой? Но Вика же сказала...

— И ты поверил ей на слово? — в голосе Лены появляется что-то похожее на жалость.

— Ну... всё так совпало. Да и зачем ей врать?

— Ох, Кирилл, — вздыхает Лена. — Какой ты наивный.

Я сижу, уставившись на неё, и не могу переварить эту информацию.

Макар не мой сын.

Ребёнок, за которого я столько лет чувствовал вину, которому платил алименты, который был живым напоминанием о моей ошибке — не мой.

— Ты говорила с Викой? — спрашиваю хрипло. — Она призналась?

— Я выяснила это, когда ездила с Макаром в больницу. Ну и заставила сегодня Вику признаться.

— Ты ездила с Макаром? — новый шок. — Вы что, общаетесь с Викой?

Лена неловко вздыхает, будто стесняется признаться.

— Я... со временем я простила её. Мы общались. Конечно, не так, как раньше, но общались.

Меня как током ударяет.

Что? Что она сказала?!

Язвительно усмехаюсь:

— Значит, сестру, которая заявилась намеренно ко мне после корпоратива и затащила меня в постель, ты простила? А меня знать не хочешь?

— Кирилл! — в её голосе возмущение.

— Я не снимаю с себя ответственности за ту ночь! — взрываюсь я. — Да, я совершил ошибку! Но я был пьян! Ты не могла учесть это как смягчающее обстоятельство? Я вообще не помню ту ночь!

Делаю паузу, а потом добавляю:

— А теперь вообще сомневаюсь, может, мы с ней и не спали?

Лена сидит, замерев. Видимо, мои слова попали в цель.

— Постой, — продолжаю я, ощущая, как внутри всё закипает. — И ты ещё сомневалась, сказать ли мне эту информацию?!

Чувствую, как каждая мышца напряжена до предела. Руки сжимаются в кулаки на коленях.

— Весь вечер думала, говорить мне или нет?! — рычу я, и каждое слово отдается болью в груди. — Ты знаешь, как мне было плохо от всего этого? Как я мучился все эти годы?

Поворачиваюсь к ней всем корпусом, смотрю прямо в глаза.

Она сидит неподвижно, глядя на меня.

— А алименты... — голос дрожит от ярости. — Я платил столько лет, а ребенок вовсе не мой! И ты сомневалась, сказать ли мне об этом?! — повторяю я, отворачиваясь и хватаясь за голову. — Лена, чёрт возьми, я тебя будто вовсе не знаю!

Матерюсь под нос, не в силах больше сдерживаться.

Эмоции переполняют.

Не могу! Выскакиваю из машины, хлопнув дверью так громко, что звук разносится по пустой улице.

Иду быстрым шагом вперед, никуда, просто прочь.

Слышу, как за спиной хлопает другая дверь.

Лена догоняет меня.

— Кирилл, подожди! — кричит она. — Я просто, как и ты, была в шоке от того, что узнала. Я же сегодня и написала тебе сообщение, почти сразу. И мы встретились!

Останавливаюсь, поворачиваюсь к ней.

Злость захлёстывает с головой.

Не могу справиться с эмоциями.

— Знаешь что, Лена? — говорю я, еле сдерживаясь. — Иди домой! Спасибо за информацию!

Разворачиваюсь, быстрым шагом иду к машине.

Сажусь, завожу двигатель.

Отъезжаю.

В зеркале заднего вида вижу, как Лена растерянно стоит и смотрит мне вслед.

Я зол. Чертовски зол на всю эту ситуацию. На Вику, которая морочила всем голову. На себя, который повёлся как последний лох. На Лену, которая простила свою сестру, а меня — нет. На то, что она еще сомневалась, говорить ли мне правду…