Книга Предатель. Он (не)достоин меня, страница 34 – Нина Авсинова

— Ты просто пользовался мной! – кричит она, и слышу, как в голосе появляются слёзы. – Я думала, что мы... что у нас что-то настоящее! А ты просто развлекался!

— Милена...

— Ты подонок, Александр! Подонок! Как ты можешь так поступить со мной?!

Не выдерживаю. Кладу трубку. Отключаю звук, кидаю телефон на кровать.

Стою у окна, чувствуя, как напряжение медленно отпускает. Всё. С Миленой покончено. Теперь можно сосредоточиться на главном – на возвращении Татьяны.

Следующие два дня превращаются в марафон. Пишу Татьяне каждые несколько часов – не навязчиво, но постоянно. Короткие сообщения: «Думаю о тебе», «Скучаю», «Прости меня».

Заказываю букеты – один домой, один на работу. Дорогие, шикарные, с открытками: «Моей единственной», «Люблю тебя».

Она не отвечает на сообщения. Но и не блокирует меня. Это хороший знак.

На третий день приходит сообщение: «Машу выписывают завтра в десять утра».

Сердце подскакивает. Быстро печатаю ответ: «Я подъеду. Встретимся у больницы».

Пауза. Три точки – она печатает.

Потом: «Хорошо».

Всего одно слово, но для меня оно значит всё.

Утром встаю рано, бреюсь, надеваю лучший костюм. Смотрю на себя в зеркало – выгляжу прилично. Усталость под глазами, но ничего, нормально.

Еду в больницу. Паркуюсь у входа, выхожу из машины. Холодно, снег скрипит под ногами. Стою на крыльце, жду.

Ровно в десять открывается дверь. Выходит Татьяна. За ней – Маша. Дочь выглядит намного лучше, чем в последний раз, когда я её видел. Щёки порозовели, глаза ясные, улыбается.

Делаю шаг навстречу. Не знаю, как себя вести. Что сказать. Как начать.

Подхожу к Маше, останавливаюсь в шаге от неё. Она пристально смотрит на меня.

— Девочка моя родная, – говорю тихо, и голос дрожит. – Прости меня. За всё. За университет, за давление, за то, что не слушал тебя. И… и в сквере тогда… там ничего серьезного, честно. Прости. Пожалуйста…

Маша смотрит на меня несколько секунд. Потом делает шаг вперёд и обнимает меня. Крепко, по-детски. Как обнимала, когда была маленькой.

Обнимаю её в ответ, прижимаю к себе. Чувствую, как комок подкатывает к горлу.

— Я простила, пап, – шепчет она. – И рада, что вы с мамой помирились.

Смотрю на Татьяну. Наши взгляды встречаются. В её глазах читается удивление – мы ведь ещё не говорили о примирении.

Но Маша уже решила за нас. И, может, это к лучшему.

— Я сегодня переезжаю к подруге, – говорит Маша, отстраняясь и поправляя сумку на плече. – Мама уже собрала вещи дома. Надо только забрать и отвезти.

— Я помогу, – быстро говорю я. – На машине довезу. Куда надо – туда и отвезём.

— Спасибо, пап.

Едем домой втроём – я за рулём, Татьяна на переднем сиденье, Маша сзади. Она рассказывает что-то про подругу, про квартиру, которую она будет снимать, про планы на будущее. У неё уже есть на примете несколько вакансий, сейчас устроится на работу, в следующем году планирует поступать.

Я против этого всего, но отпустил ситуацию. Слушаю вполуха, краем глаза поглядывая на Татьяну. Она молчит, смотрит в окно.

Дома помогаю Маше загрузить вещи в машину. Чемодан с одеждой, коробки с книгами, ноутбук, сумки. Всё быстро, организованно. Татьяна тоже помогает, молча передаёт коробки.

Везём всё к подруге Маши – девушка встречает нас на пороге, помогает занести вещи. Квартира небольшая, двушка на окраине, но чистая и уютная.