Книга Ведьмина ночь, страница 134 – Екатерина Насута

— Я тоже побуду, — робко попросила Свята. — Ну… если это не очень повредит. А вдруг ему хуже станет…

— Не станет. Хуже в ближайшие часы точно, а там будет видно. Идем.

Цисковская развернулась, не удостоив меня и взглядом, впрочем, как и Мирослава, который любезно отступил, пропуская меня вперед.

Чую, разговор будет интересный.

В кабинете Цисковской пахло травами и кофе, а так обыкновенный кабинет. Не слишком, к слову, роскошный. Да, просторный довольно и мебель добротная, но не более того. Стол. Ноут на нем. Шкаф, за темными стеклами которого проступают силуэты то ли папок, то ли книг.

Массивное кресло Цисковской.

И еще пара — для посетителей.

Мирослав развернул одно ко мне и отвесил короткий поклон.

— Итак… — Цисковская заняла свое место. — Могу я узнать, где вы отыскали эту девушку?

Мирослав кивнул, присоединяясь к вопросу.

А я что? Мне не жаль. Рассказала. Правда, получилось немного путано. И глупо, если честно. Шла, шла и нашла…

— Интересно, — Цисковская сцепила бледные руки. — Весьма…

И замолчала.

А я…

Я пыталась сложить эту мозаику. И по всему выходило, что Гор и Дивьян столкнулись с чем-то, что разрушило связь души и тела.

И Дивьяну досталось сильнее, если Гор сумел очнуться. Может, Дивьян и нашел это… эту вещь? Вещь определенно. Главное, что тело попало в больницу, а душа оказалась где-то… вовне?

Заблудилась.

И пыталась выбраться.

А тут Марика с обрядом, открывшим врата туда, куда здравомыслящим людям соваться не след. Главное, что она подарила этой душе свою силу, и кровь, и привязала её к собственной. А вытянуть — не вытянула.

Эти мысли я и озвучила.

— Похоже на правду, — согласилась Цисковская. — Наина… когда все случилось, мальчика возила к роднику, тот связи крепит.

— А вы?

— А я не имею привычки рисковать здоровьем пациентов. Этот родник… слишком непрогнозируем.

Это да, с этим согласна.

— И что теперь? — озвучил вопрос Мирослав и даже вперед подался.

— Сложно сказать. При толике везения эта девочка сумеет его вытянуть, станет своего рода связующей нитью, по которой душа доберется до тела. Если, конечно, она еще не устала.

— А если…

— А если устала? Тогда девочка уйдет следом, — это Цисковская произнесла спокойно, даже равнодушно. — Подобные ритуалы недаром запрещены… где она только нашла?

Мирослав произнес что-то в сторону.

Потом выдохнул и спокойно поинтересовался:

— Что можем сделать мы?

— Ничего, — также спокойно ответила Цисковская. — Увы, это именно тот случай, когда ни от вас, ни от меня ничего не зависит. Знаете, будь он человеком, я бы и гроша не поставила на удачу. Но ваша двойственная натура дает неплохие шансы. Зверь, в отличие от человека, всегда хочет жить.

Она поднялась.

— Одно странно… — Цисковская задумалась. — Наина видела обоих… почему промолчала?

Вот и мне хотелось бы знать.

Мирослав догнал меня на крыльце. И пакеты взял, аккуратно так.

— Позволите проводить?

— А если нет? — я поинтересовалась сугубо из вредности, поскольку отказ явно не предусматривался.

— Не глупите. Вы понимаете, что нам нужно побеседовать. Ситуация… — он чуть поморщился. — Неприятная. И напрямую касается моей семьи.

— Я не думала, что… так получится.

— Мы не в обиде. Наоборот… у парня появился шанс. И мы этого не забудем.

Почему-то прозвучало угрожающе. Но я кивнула. И обернулась. Стоило бы Святу подождать. А еще конкурс этот, чтоб ему неладно. Надо хотя бы вид сделать, что я стараюсь. Если уж остается, что делать вид.