Онлайн книга «Ведьмин рассвет»
|
А этот воин заступил бы дорогу, если бы мог. И я понимаю, кого вижу. Он похож одновременно и на деда, но куда больше – на дядю. Пожалуй, так бы он выглядел, если бы был здоров. — Доброго… не знаю, дня или ночи, - я кланяюсь. И принимаю ответный поклон. А с ним мне о чем говорить-то? О Византии? Коварных планах её подчинить земли руссов? О миссии секретной? Или о любви, которая все планы порушила. Если подумать, неудобная эта штука, любовь. Еще со времен Елены Троянской понятно, чем оно может для мира обернуться. А вот… — Моя вина, - на нем доспех. Я в доспехе ничего ровным счетом не понимаю, но этот красивый. Брутальный. И алый плащ, с плеча стекающий, тоже вполне себе гармонично смотрится. – Я виноват… — В чем? Чистосердечное признание – штука хорошая. Но хотелось бы подробностей. — Я подвел всех… — Когда уехали с возлюбленной? — С кем? – а теперь он удивился. И посмурнел. Вздохнул. – Все… не так. Я был поставлен деву хранить. Брак этот во многом состоялся стараниями моего господина. Басилевса? — Дева происходила из славного рода. И при благоприятных обстоятельствах дети её могли наследовать земли не только за отцом, но и за дедом, и за дядьями. Ага, особенно если эти дядья уйдут в мир иной, не оставивши иных наследников. Экая интрига… если не на века – на десятилетия. И чую, не император Византийский за нею стоял. — Кому ты служил? – задаю вопрос, и получаю ответ: — Господу. И тому, кто хранит престол Петра… Ясно. Не кесарю. А ведь… с точки зрения церкви если… земли русские велики, если не сказать, что необъятны. И князей на них множество, и не все-то спешат новую веру принять да поклониться… а вера – это тоже власть. Власть порой, она куда хуже любви будет. — Значит, ты был приставлен… — Приглядывать. Оберегать. Не допустить, чтобы деве был причинен вред. Еще учит. Наставлять. — Делать так, чтобы проникалась она новой верой? — Истинной! – вспыхнул призрак. – Ибо… — Истинной, - я перебила его. – Извини… время здесь бесконечно, но не я. Я устаю. Стало быть, ты за нею приглядывал и наставлял. А потом увез? Почему? — Понесла она, - поморщившись, признался дух монаха. Или все же воина? Думаю, воин из него был куда как лучше, чем монах. А я помалкиваю, не уточнаяя, кто отец. – Её собирались отослать раньше. Был… было убежище. Верные люди. Но она понесла. И стала слаба. Токсикоз? Ну да, забеременеть в пятнадцать лет. — Почему просто не отложили все? Молчит. Не знает? Или… — Испугались, что князь одумается? Он ведь был полон сомнений. Еще бы полез к ведьме выяснять, с чего бы она предавать его вздумала. Выяснил бы… одно или другое. А там, глядишь, еще бы и помирился. Ключницею она бы не пошла, конечно, но вот планы бы попортила. Еще и враги, те, которые воевать шли. Встань ведьма рядом с князем, чтобы нашествие отразить, то и ваша помощь не понадобилась бы. Опустил голову. — Подло, - говорю очевидное. – Разве самому-то не тошно было в таком вот участвовать? Ты же воин. — Господь и покарал нас… Ага. Лично. Снизошел, так сказать, до вразумления. Правда, при чем здесь остальные, которые погибли, не понятно. — Хорошо. Ты взялся отвезти княжну… на встречу с кем-то… с верными людьми, которые бы препроводили её в безопасное место, так? А потом должен был бы вернуться в город? |