Онлайн книга «Ведьмин рассвет»
|
Что-то говорит. Врата? Это на врата похоже. На пустом месте два столба, а меж ними – туман. — Зови! – говорит Брюок устало. – Пришло время отдавать долги… зови и молись, чтобы откликнулись… Долги? Я не… Но смотрю на него, на туман, что стекает, разъедая черноту вороньих перьев, и понимаю, что… погибнем. Ладно я, я сделала свой выбор, но не они. И я кричу. Снова. Зов? Меньше всего это похоже на зов. Но крик скорее. Плач. Все вместе… я не хочу… чтобы они тоже… а ведь останутся. И Брюок, и Поздняков, который к этому делу вовсе не причастен. Но пришел зачем-то… зачем? Шелест. Так трутся друг о друга камни. Или змеиные чешуи. Этот человек… что он здесь делает? Мы ведь виделись лишь раз. Но за его спиной мне видится тень огромного, выше человеческого роста, змея. Отец Дивьяна приветствует меня поклоном. И улыбается. — Время, - говорит. – Отдавать долги… я помню, ведьма, что ты вернула мою кровь. И я готов… — Меньше пафоса, Змеюка… - князь ступает тяжело. Он опирается на огромный меч, используя его как трость. – Мало тебя отец драл, мало… я еще поговорю с ним за твое поведение… Что здесь делает князь? — А ты как думала? – он слышит мой вопрос или же на лице написано. – Хозяин земель – это не только права. Это еще и обязанности… первейшая из которых – защищать. И это не кажется пафосным или смешным. — Поздняков, а ты не торопился… — Я и так нарушил все законы. Ты же знаешь, дверь открывать запрещено… и с меня еще спросится, если жив останусь. Если. И мы все понимаем, что это «если», оно… У Люта нет меча. И доспеха тоже. Он такой же, как там, как я запомнила. И грязь на джинсах, и вообще… что он… как он… здесь? Зачем… Я не успеваю спросить. — Да Поздняков никогда не торопится… - Мир оглядывается. – А тут так… пробирающе… до самой шерсти. Что они тут… что тут делают. Все? — Жениться не хочу, - признался оборотень, щурясь. – Вот и решил, лучше уж на подвиг, чем под венец… глядишь, и послабление выйдет, по совокупному героизму, а то же ж… Зар молча поклонился. И встал рядом… А Лют – по другую мою руку. И огонь добрался уже до плеч. Значит, осталось не так долго… мне. Потому как во врата шагнул человек. Я… Я видела иконы. Разные. И в музеях. И в церковь, было дело, заглянула, движимая любопытством. Я видела иконы и святых с одинаково-узкими ликами. С глазами, в которых вся скорбь мира. Я видела статуи. И золото. Роскошь. Дрожание свечей, в зыби которого святые лики оживали. Но все это было не тем, неправильным. Иным. Ведь человек, что спокойно переступил порог миров, он был… обыкновенен? Пожалуй. Знаком. И в лике его ничего ни узкого, ни святого. И шрамы не исчезли, и эта вот, асимметрия. И только улыбка была чуть виноватой, за немощь ли, за хромоту. За иное что. За то, что ушел и забыл. И вернулся слишком поздно. Таким вот. За то, что исправить прошлое не в его силах. Но… Он сделал шаг и вспыхнул. Весь и сразу. От макушки до пят. Или от пят до макушки. И пламя его заставило отступить прочих. Зашипел по-змеиному отец Дивьяна, рыкнул Зар, и только Лют остался спокоен. — Отдай ему, - сказал он, чуть подтолкнув меня в спину. И да. Это тоже было правильно. Я приближалась. Святые… да что там иконописцы знали о святых. У настоящих святых простые лица. И печали в них нет, разве что вот то же сожаление. |