Книга Мачо для стервы, страница 60 – Татьяна Романская

— Я решила — она мне не нравится, — говорит Яна через некоторое время. — Я, конечно, буду вести себя с ней дружелюбно — я же воспитанный человек. Но она бессердечная сучка.

Я тихо смеюсь, поглаживая ее по волосам.

— Анька не бессердечная. Мы теперь друзья. Хорошие друзья.

Яна хмыкает, ее пальцы лениво скользят по моей груди.

— Это не значит, что она должна мне нравиться.

Я слишком отвлекаюсь на приятные прикосновения, поэтому почти не замечаю подтекста. Но потом меня осеняет:

— Ты ревнуешь!

Мне нравится, что Яна ревнует.

Она резко замирает на середине движения.

— У меня есть повод для ревности?

Я качаю головой, потом понимаю, что она этого увидеть не сможет.

— У меня больше нет к ней никаких чувств, кроме дружеских, я уже говорил.

— Тогда я не ревную.

— Нет. Ревнуешь. Но это круто. Мне нравится.

Она садится, наигранно хмурясь, но больше не пытается ничего отрицать. Почему мне так нравится ее отношение к моей бывшей? Когда Яна снова ложится, то оказывается на боку, лицом ко мне. Я двигаюсь к ней, так, что мы чуть не сталкиваемся носами, обхватывая ее за талию. Она так идеально прижимается ко мне. Мы будто созданы для того, чтобы быть так близко друг к другу. Прищурившись, она спрашивает:

— Ты когда-нибудь был с кем-нибудь таким же, каким бываешь со мной?

Я непонимающе хмурюсь, пытаясь понять, о чем именно она спрашивает.

— Ну и какой же я с тобой? Готов обниматься всю ночь? Кстати, я не отпущу тебя до самого утра.

— Посмотрим.

— Не отпущу, — говорю я авторитетным тоном, уверенный в том, что у нее не получится меня переиграть.

По ее коже пробегают мурашки.

— Вот таким — властным и... я не знаю.

— Доминирующим?

— Да. Грубым. И брутальным.

Я провожу пальцем по линии ее губ. Это дает мне повод посмотреть куда-то кроме ее глаз, когда я отвечаю.

— Я уже говорил тебе, что нет.

— Я хочу услышать это снова. Ты никогда никого не связывал?

— Нет.

— Не валил на землю?

Я качаю головой.

— А что насчет порки?

— Никогда так, как с тобой, — не ремнем. Не так сильно, чтобы оставались следы. Внезапно встревожившись, я смотрю на Яну внимательнее.

— Когда мы вместе, кажется, что ты никогда не был никем другим. Как будто ты такой, какой есть. Добрый, нежный, немного слишком самоуверенный, но в то же время и дурашливый, — она явно пытается успокоить меня, заметив перемену в настроении.

— Да ты просто мастер комплиментов.

Она игнорирует мой комментарий.

— Ты не похож на человека, который способен затянуть ремень на запястьях женщины, трахать ее в ванной или притворяться, что принуждаешь ее на заднем дворе дома родителей. Но когда ты это делаешь, кажется, что по-другому просто невозможно. Ты отлично вписываешься в нужную атмосферу. И единственная причина, по которой ты никогда не пробовал того, что тебе на самом деле нравится, заключается в том, что эта Аня тебя сломала, я уверена.

— Да блин. Не такой уж он был ужасный. Просто… мне немного не повезло, — я делаю вид, что хочу задушить ее, отмечая на будущее, как это заставляет ясный взгляд затуманиваться от желания. — И вообще, когда мы с тобой только встретились, мне хотелось совсем другого.

— И никого это не устроило.

— Возможно, все было не так хорошо, как сейчас, но я не мог перестать думать о тебе после нашей первой ночи.