Книга Адвокатская этика, страница 86 – Лирика Альтер

— Дядя Андрей! — Лена оказалась рядом с койкой, коснулась моей щеки своей тёплой ладошкой. -

Ты очнулся!

Она всхлипнула, я болезненно сглотнул, ощущая саднящую боль в горле.

— Пить… — с неимоверной силой выдавил я.

— Сейчас.

Лена поднесла к моим губам стакан с водой, через трубочку я смог втянуть немного жидкости.

— Только делай маленькие глотки и много не пей. Пока нельзя.

Ожила память, наполняя моё замутнённое сознание воспоминаниями. Рваные картинки сменяли друг друга, но пока собрать этот паззл мне не удалось. И главным из всех отрывков стали погружённые в ужас глаза Ольги Ярцевой.

— Оля… — ничего не понимая, взволнованно прохрипел я. — Где Оля?

Лена молчала.

— Где она?

Я начинал нервничать, голова заболела ещё сильнее, а сердце забилось быстрее. Что-то подсказывало — случилась беда. Но что за беда, кто пострадал — не пойму.

Эмоции Лены только мешали. Это всё чушь, которая никак не поможет. Мне нужно действовать, нужно срочно ехать в СИЗО и поговорить с ней, поговорить со следователем.

Нужно оперативно брать под контроль дело Ольги, время идёт против неё. Но… чёрт, я же пойду как свидетель.

Стало плохо. В глаза потемнело.

— Дядя Андрей, — испуганно пропищала Лена. — Сейчас-сейчас, я позову врача!

Я снова проваливался в темноту. Сил не было.

Но перед тем, как потерять сознание, я успел дать команду:

— Да пофиг на врача! Нельзя терять время. Лена, срочно звони Данилову!

Когда очнулся, в палате я был один. Горел тусклый свет, который помог мне разглядеть на стуле сумку с вещами. Помог мне разглядеть самого себя.

Плечо перебинтовано, рука подвязана. Странно, что днём я этого не заметил. Да и что там, я вообще мало что замечал и мало что понимал. Тот выстрел… Антипов стрелял в меня?

Видимо. Но почему же так сильно болит бок и живот? Откинул край одеяла, увидел повязку.

Он попал в плечо и бок? Ни хрена не помню.

На тумбе лежала записка, я бегло прочитал содержимое.

«Дядя Андрей, я привезла тебе вещи. Данилову позвонила, он завтра с утра поедет в СИЗО

разговаривать с Ярцевой и следователем. Всё под контролем, не волнуйся. Обнимаю тебе и целую. Лена.»

Всё под контролем? Ольга в СИЗО — и это называется под контролем?

С трудом сел в кровати, тело опять сковал болевой спазм. Кое-как поднялся, шатало.

Пот лился ручьём, отдышка.

— Соберись! — приказал сам себе.

Пока моя любимая женщина в беде, я не могу отлёживаться в больничке. Распотрошил сумку: бельё, полотенце, средства гигиены и спортивный костюм. У Лены были ключи от моей квартиры, и она собрала мне всё необходимое. Умничка. Вовремя… очень вовремя.

Одеться нормально я не смог, в штаны влез, обувь обул, а вот накинуть футболку и спортивную куртку оказалось целой проблемой. Не мог поднять больную руку, она просто не слушалась, здоровой же накинул на плечи ветровку и, держась за стены, выбрался из палаты.

Коридор казался бесконечно длинным. Ничего, я справлюсь. С каждым шагом сил становилось всё меньше. Заставлял себя держаться. Подушечками пальцев впивался в стену, пытался отдышаться, чтобы снова не рухнуть в обморок.

Ольга в СИЗО. В каком именно? Пофиг, разберусь, когда выйду на улицу и поймаю такси.

Наберу Лене, она должна знать.

Идти становилось труднее. Бок неприятно горел, намокал, опустил глаза и увидел, как повязка начала розоветь, а чуть позже — багроветь. Стиснул зубы, зарычал, прижимая руку к ране. Шаг, и меня повело. Ладонь была уже вся в крови.