Книга Законная добыча, страница 52 – Саша Кей

Укрыв меня своим телом, Сафаров собирает мои волосы на затылке в кулак, слегка натягивая и вынуждая меня прогнуться. Влажной промежностью я чувствую толстый горячий орган, устроившийся вдоль складочек, а попкой — жёсткие паховые волоски.

Я дрожу, ожидая в любой момент вторжения, но Амир, обдавая ухо горячим дыханием, насмешливо спрашивает:

— Что? Вот так покорно позволишь себя взять? А была такая дерзкая…

И поднимается с кровати.

Смысл его слов доходит до меня спустя несколько секунд, и красная пелена унижения застилает глаза. Словно в голове взрывается граната, сметая все установки на самосохранение, осторожность и разумность.

В одно движение я разворачиваюсь на спину и слетаю с постели, не обращая внимания на острую боль в щиколотке. Бросаюсь на Сафарова с кулаками, но быстро понимаю, что ногти будут эффективнее. Я успеваю расцарапать ему грудь до крови, прежде чем Амир перехватывает мои запястья, но меня не остановить, струна цивилизованности лопнула, и меня несёт, я пытаюсь его пнуть, увы, самое болезненное задеть не удаётся. Сафаров слишком быстр, проворен и опытен.

В секунду я оказываюсь усажена к нему на пояс и прижата лопатками к стене, но и это меня не останавливает, я надавливаю пальцами на повязку на плече, стремясь причинить боль этому чудовищу. А он обхватывает пальцами мой подбородок и впивается в мой рот жестоким поцелуем. Я кусаю его губы, но не могу помешать наглому языку, и это добавляет мне злости.

Слишком интимно.

Поцелуй — это для любимых, это ласка и нежность, а не приказ подчиниться!

— Я за честность в отношениях, дорогая, — тяжело дыша, отрывается от моих губ Сафаров.

— Я тебя ненавижу, — совершенно честно отвечаю я.

— Вот и прекрасно, хорошее, сильное чувство, — говорит он мне в рот и снова затыкает его поцелуем.

Ладонь Амира забирается под футболку, стискивает мою плоть, грубовато ласкает соски. Там, снизу напряжённый член трётся о промежность, задевая клитор, то бросая меня в жар, то кидая в холод.

Это сумасшествие. Нечто чёрное поднимается во мне и захлёстывает с головой, трансформируя агрессию во что-то другое, и вот я уже сама целую Сафарова, это страсть без всякой нежности, животная потребность, замешанная на желании вырваться на финишную прямую.

Мои соки уже смочили головку, и она беспрепятственно погружается в тесную щёлку, причиняя сладкую боль. Натянутая на толстый и, кажется, слишком длинный для меня член, я вся пульсирую, горю.

Амир на секунду замирает, но я хочу, чтобы это всё закончилось как можно скорее. Хочу перестать чувствовать это противоестественное желание. И я вцепляюсь Сафарову в волосы, требовательно дёргаю и запускаю этим чудовищный маховик.

Прижавшись губами к вене на моей шее, Амир толкается раз за разом, заполняя меня и раскручивая эту турбину, рассылающую электрические волны по всему телу. Каждый короткий, резкий удар его бёдер толкает меня в пропасть. Я больше не думаю о том, чтобы сдерживаться. Стоны льются из меня, так немного легче переносить накапливающийся накал.

Твёрдый стержень натирает внутренние стеночки, с каждым влажным погружением высекая новые искры. Это невыносимо. Это сладко. Это остро. Это на грани боли. И прямо сейчас я бы ни за что сама не смогла остановиться.

Навалившись на меня сильнее, чтобы я не упала, Сафаров рукой пробирается между нашими телами и, поддев капюшон клитора, надавливает, разбивая мой мир в ослепительно сверкающие осколки.