Книга Законная добыча, страница 54 – Саша Кей

— Взять тебя?

— Мать сбежала от Джафара, когда мне было восемь, — вроде бы спокойно говорит Амир, но я слышу в его голосе натянувшуюся струну. А ещё в который раз обращаю внимание, что отцом он Сафарова-старшего называет крайне редко. — Скрывалась, Джафар не давал развода, угрожал, что отберёт меня. Не потому, что мама ему была так уж нужна, просто сам факт, что какая-то баба пошла поперёк, бесил его невыносимо. С его точки зрения, это подрывало его авторитет. Так что в один непрекрасный день, его люди меня выкрали. Мне тогда было двенадцать, и мама очень не хотела, чтобы я пошёл по стопам отца, так что бойца из меня не растила, — невесело усмехнулся он.

Двенадцать? Это намного раньше убийства Бекхана. Значит, Амир смог как-то вырваться?

— Джафар тебя отпустил?

— Ему пришлось. Это здесь он был, если не самым главным, то одним из королей. Мама нашла себе покровителя, с которым Джафар не смог потягаться. Но старший брат оставил мне кое-что на память.

Сафаров как раз поворачивается ко мне татуированным боком, и я впервые вижу под чёрным пигментом шрамы. Видимо, их шлифовали, раз я на ощупь до сих пор не почувствовала, но достаточно глубокие, чтобы рубцы не могли убрать полностью.

Даже думать не хочу, как это выглядело до татуировки. Мне и той тонкой паутины белых линий, что видна сразу, хватает, чтобы замутило.

Но инстинктивное сочувствие растворяется во мне мгновенно.

— И что? Мне тебя пожалеть? — вырывается у меня усталый вопрос. — Чем ты лучше Джафара и Бекхана?

— Жалеть меня? Ты считаешь, я тот, кто ищет жалости?

Молчу.

Я ничего не понимаю в этом человеке.

Особенно его отношения к отцу и брату.

— Спроси, — огорошивает меня он. — Я же вижу, ты хочешь.

В самом деле, мы же теперь так близки, что ж не спросить-то?

— Ты всячески подчёркиваешь, что ты не такой, как твой отец. Ты только что признал, что они причинили тебе много зла. Так почему сам поступаешь так же, как они? Почему ты ненавидишь их убийцу? Я помню твой взгляд, когда тебе сказали, что я дочь Платонова. Ты готов был свернуть мне шею. Где логика?

— Ты по-прежнему во власти эмоций, Анна. Тебе нужна холодная голова, и тогда причины моих поступков станут ясны. Может, тогда ты, наконец, сообразишь, что я твоя единственная защита. В этой игре ты никого не интересуешь сама по себе, даже Мироненко, тобой пожертвуют. Сначала ты должна была стать камнем преткновения, теперь ты неудобный свидетель. И в том, и в другом случае эффективнее всего ты сработаешь мёртвая.

— Уж объяснил так объяснил, — кривлюсь я. — Сколько слов, а так ничего и непонятно.

— Потому что ты задаёшь глупые вопросы. И насчёт ненависти ты ошибаешься.

— Тогда за что? — я сморю ему прямо в глаза. — За что ты так со мной?

— Как так? Что ты хочешь от меня услышать? А ты уверена, что готова принять всё как есть? Или тебе нужно враньё про то, что, увидев тебя, я потерял голову и теперь готов ради тебя на всё? И всё будет, как ты скажешь? Позволю тебе идти на все стороны? Или что я мечтаю провести с тобой остаток своих дней?

— Ты намекаешь, что просто воспользовался своим правом сильного? — цежу я. — А унизил меня зачем?

— Ты сама себя унижаешь. Я дал тебе возможность не быть жертвой, и что? Ты радостно снова возвращаешься к этой роли. Было бы лучше, если бы я взял тебя силой, и ты продолжала себя жалеть?